Читаем В блаженном угаре полностью

— Лично я не испытываю к женщинам ненависти, люблю милых дам.

— Да что вы? — говорю я, делая вид, что еле сдерживаю зевоту. — Дамы — это не для вас, вы наверняка предпочитаете иметь дело со смазливыми куколками. «Ой, какой ты умный, ты просто супер. Жутко хочу в какой-нибудь шикарный ресторан, пусть мне все обзавидуются, а уж после того, как я высосу из тебя кучу денег, может, так и быть, пососу и что-нибудь еще…»

Никакого впечатления, только скользнул по мне глазами. Я сворачиваю в сторону и сажусь на большой плоский камень. Чувствую, как стучит в висках.

— Могу я наконец побыть одна? Совсем одна?

Он осматривается, настороженно вглядываясь в каменистое плоское пространство.

— Ладно, только скажи, в какую сторону мне надо идти.

Рут хочет взять тайм-аут — да ради бога! Середина дня, часа два. Идет наш второй день, сегодня двенадцатое декабря. По-моему, вторник. Вот что занимало мои мысли, когда она вошла и заявила, что ей хотелось бы перекусить на воздухе, — да на здоровье. Честно говоря, я даже благодарен ей за эту передышку. Надо же, все продолжает отчаянно защищаться, сводить со мной счеты. То, с чем она так носится, мало меня трогает, вернее, вообще не трогает. Если разобраться, все ее поиски Абсолюта замешаны на гордыне и кажутся мне совершенно никчемными. Когда топаешь ножкой, стоя в трясине и почти ничего не зная про свое болото, рано или поздно непременно увязнешь. Так-то, милая девочка.

Скучно тут или весело? Весело. Мне — точно. Она ревниво отвоевывает свой маленький клочок пространства, мечет громы и молнии, никого и ничего не замечая вокруг. Ситуация такова, что приходится на многое закрывать глаза. Ее во всем слегка заносит, причем амплитуда настроений очень велика: то вся вибрирует, как натянутая струна, то шалит, то агрессивна до грубости, то просто агрессивна… Когда как струна и просто не подступись, это разжигает мой азарт; когда начинает буйствовать и шалить, я знаю: боится случайно слишком себя раскрыть. А агрессивность, в сущности, просто каприз, лишь бы назло мне. Но нам, специалистам, не положено сердиться на жертву психического насилия: ее разум загнан в капкан, она пленница ашрама и готова кишки из меня выпустить, если я посмею хоть намеком задеть сию священную обитель.

Не давать воли своей злости — это не единственная проблема. Вторая куда серьезней. Женщины строптивы и изворотливы, ни одному мужчине не дано окончательно укротить эту непредсказуемую стихию. Все твои прежние «смазливые куколки» и их болтовня не в счет. Нынешние девицы куда более уверены в себе, умеют добиваться цели, им уже не требуется изображать милое воркование за чашечкой кофе, и все равно эти бесконечные выверты, ей-богу, это часть их натуры, на генетическом уровне. Возможно, природа помогает женщинам таким образом восстановить справедливость: они доводят нас своими выкрутасами до умопомрачения, и мы уже готовы уступить им в чем угодно.

Не скажу, что меня порадовал этот ее выпад относительно ненависти к женщинам. Это я-то женоненавистник? Если честно, мне было горько все это выслушивать, тем более что в гневе она просто восхитительна, это я успел заметить. Конечно, мне же спокойней, что она не замирает от восторга при виде моей персоны. Но ощущать, что я ей противен, обидно, и весьма. Как она вырвала свою руку — даже не скрывая отвращения! Это уже перебор. Я не претендую на роль неотразимого мужчины, впрочем, если говорить об обаянии интеллекта, то все-таки претендую. Да и смотрюсь я совсем не плохо, отнюдь не уродец.

Ну ладно. Раз ей нет до тебя дела, то и тебе нет до нее, ясно? Яс-с-с-сно. Вот и спасибо. От этого и будем плясать. Никаких личных чувств, только работа. Повесь перед собой табличку «Опасная зона», чтобы не провалиться в какой-нибудь люк.

Кстати о работе, фокус с умыканием сари кое-что прояснил: для истинного адепта, помешанного на духовности, всякие балахоны и сари дело десятое, а она вон простынку нацепила. И еще я доволен тем, как сложился разговор о природе веры, цитатки привел убедительные. Хотя не уверен, что мои выпады в адрес Баба хоть немного ее растормошили, что она не так истово будет твердить: «я просто чувствую, значит, так оно и есть».

Большинство верующих именно просто чувствуют, не вникая в суть того, что с ними проделывают, они жаждут либо свободы, либо любви — в зависимости от того, чего раньше недополучили. Они не хотят думать о том, что их упоительно-новые переживания вызваны вульгарным обманом. Что это подтасовка и умелый расчет, то есть самое настоящее манипулирование. Как бы то ни было, оно действует безотказно.