Читаем Узы крови полностью

– А почему бы нам с вами не отпраздновать день рождения в ресторане?

Это было самое худшее из того, что он мог предложить, подумала Элизабет. Мысленно она представила себе, как они входят в ресторан: он – невероятно красивый и элегантный, она – рыхлая, уродливая, с кривыми зубами, стянутыми пластинами.

– Нет, спасибо, – сухо сказала Элизабет, – у меня... мне уроки еще надо выучить.

Но от Риса Уильямза не так-то легко было отделаться, он не принимал никаких «но». В памяти его еще были свежи воспоминания о череде собственных одиноких дней рождения. Он обратился с просьбой к директрисе позволить ему повести Элизабет в ресторан. Они сели в машину Риса и покатили в аэропорт.

– Но в «Невшатель» в другую сторону, – сказала Элизабет.

Рис невинно поглядел на нее и проговорил:

– А кто сказал, что мы едем в «Невшатель»?

– А куда же?

– В «Максим». Это единственное достойное место, где можно отметить пятнадцатилетие.

Реактивный авиалайнер компании доставил их в Париж.

Обед был роскошным.

Начался он со страсбургского пирога с трюфелями, за которым последовали суп из омаров и хрустящая утка с апельсинами в сопровождении особого салата, приготовляемого только в «Максиме», а завершился шампанским и праздничным тортом со свечами. После обеда Рис повез Элизабет на Елисейские поля, и поздно ночью они вернулись в Швейцарию.

Это был самый прекрасный вечер в жизни Элизабет. Непостижимым образом в компании Риса она почувствовала себя интересной собеседницей и красавицей, и это было восхитительно. Когда Рис подвез ее к школе, она сказала:

– Не знаю, как мне благодарить вас. Я... Это был самый лучший день в моей жизни.

– Не меня надо благодарить, а отца, – усмехнулся Рис. – Это он все придумал.

Но Элизабет знала, что это было неправдой.

Про себя она решила, что Рис самый лучший из людей, которых она когда-либо встречала в своей жизни. И несомненно, самый красивый. Ночью, лежа в постели, она непрерывно думала о нем. Затем встала и подошла к небольшому рабочему столу у окна. Взяла листок бумаги, ручку и написала: «Миссис Рис Уильямз».

И долгое время неотрывно смотрела на эти слова.

* * *

Рис опоздал на свидание с очаровательной французской актрисой ровно на двадцать четыре часа, но его это мало беспокоило. Вечер, проведенный с Элизабет в «Максиме», показался ему намного привлекательнее. Настанет день, когда с ней, ой как еще серьезно, придется считаться!

* * *

Элизабет так до конца и не поняла, кто был более ответствен за те изменения, которые начали происходить с ней, – Сэмюэль или Рис Уильямз, но она стала по-новому относиться к себе. У нее разом отпало желание переедать, и она значительно похудела. Неожиданно появился интерес к спорту и занятиям в школе. Она даже сделала попытку сойтись со своими одноклассницами. Те обомлели от неожиданности. Они часто приглашали Элизабет на свои «пижамные тусовки», но она всегда отказывалась. В один из вечеров она неожиданно появилась на одной из таких вечеринок.

Тусовка проходила в комнате, где жили четыре девушки, и, когда туда нагрянула Элизабет, комната была до отказа набита гостями, одетыми либо в пижамы, либо в ночные рубашки. Одна из присутствовавших, удивленно взглянув на нее, сказала:

– Смотрите-ка, кто к нам пришел! А мы как раз поспорили, придешь ты в этот раз или, как обычно, будешь воротить нос.

– Я пришла.

Комнату наполнял едкий, сладковатый запах сигаретного дыма. Элизабет знала, что многие из девушек курили марихуану, но сама она ни разу ее не пробовала. Одна из хозяек комнаты, француженка по имени Рене Токар, подошла к Элизабет, держа в руке толстую короткую сигаретку коричневого цвета. Сделав глубокую затяжку, она протянула сигарету Элизабет.

– Куришь? – Это было скорее утверждение, чем вопрос.

– Естественно, – солгала Элизабет.

Взяла сигарету, немного помедлила, затем поднесла ее к губам и быстро втянула в себя дым. Через мгновение она почувствовала, что зеленеет, но заставила себя улыбнуться и через силу выдавила:

– Нормально!