Читаем Ужин с Кэри Грантом полностью

15:48. Они не притронулись к пончикам, и стаканчики кофе были наполовину полны. Арлан оставил на столе полдоллара, и они вышли в январскую стужу, чтобы вернуться назад к Пенсильванскому вокзалу. У входа они укрылись за колонной, цоколь которой был выше их плеч. Справа и слева полноводной рекой колыхалась толпа.

Арлан распахнул пальто, и она прижалась к нему. Он поцеловал ее, и еще раз, и еще.

– Знаешь, кого я вспомнил? – прошептал он. – Роба.

– Большого любителя целоваться с девушками?

– Не появись этот гадкий мальчишка, я бы сделал это раньше.

– Что сделал?

– Поцеловал тебя.

– Ты не любишь детей?

– Обожаю. Я хочу четверых. Нас в семье пятеро.

Хэдли поморщилась.

– Ты думаешь, что предназначение женщины – сидеть дома, растить детей и гладить по голове мужа, когда он приходит усталый с работы?

– Я хочу, чтобы моя жена была счастлива, и, если ей для счастья нужно полребенка, пусть будет полребенка! Но, – добавил он, обняв ее крепче, – я непременно хочу, чтобы ты гладила меня по голове каждый день, любимая.

И он сам нежно погладил ее по голове, это было так приятно. Сладко пахли фиалки на муфте. Хэдли мысленно поклялась признаться ему, что она не просто библиотекарша, а еще и танцует. Потом, в письме. У нее еще будет время, а сейчас его у них не было.

Оба обернулись к часам. 16:00.

Они помчались вниз по большой лестнице, не отпуская друг друга, пробежали по крытой галерее под железными сводами, напоминавшими куски Эйфелевой башни. Последняя лестница – и они оказались у решетки перед выходом на перроны, в море военных форм. Громкоговоритель объявил номер пути.

Сердце Хэдли ухнуло в черную дыру. Она подняла к Арлану растерянное лицо. Он поцеловал ее среди других целующихся парочек. Молодая женщина в форме Красного Креста раздавала яблоки и открытки. С клочьями дыма летали слова, отдаваясь эхом: Как приедешь, сразу напиши, и еще Возвращайся скорее, и Думай о нас, и Не забудь забрать костюм из чистки…

– Две минуты! – рявкнул контролер у решетки.

Арлан лихорадочно расстегнул ремень вещмешка и достал тетрадь в бежевой обложке, с гнутыми-перегнутыми страницами, видно, она проделала с ним долгий путь. Он быстро заговорил:

– Возьми. Я оставляю ее тебе… Это рассказы, я писал их всю войну. Иногда в таких местах, что тебе и не снилось.

Чуть поколебавшись, она крепко прижала их к груди, Арлана и тетрадь. Это был настоящий подарок, прекраснейший в ее жизни. Какую честь он ей оказал.

– Я отдам ее тебе, когда ты вернешься, – пролепетала она, оробев от груза ответственности, и убрала тетрадь в сумочку.

– Я хочу, чтобы ты прочла, – сказал он. – Прошу тебя.

– Отправляемся! – взревел контролер. И засвистел в свисток.

– Я прочту.

– Доставь мне удовольствие.

Хэдли обняла его так крепко, что чуть не задушила.

– Всё, что ты хочешь.

Он приподнял ей пальцем подбородок, и его губы беззвучно выговорили слово. Она засмеялась, как захлебнулась.

– Пудинг, – прошептала она. – Пудинг. Пудинг.

Зажегся красный свет, задребезжал звонок. Контролер впустил опоздавших, решетка скользнула по рельсу и, щелкнув, закрылась. Хэдли увидела, как несется во весь опор по перрону вещмешок, как пританцовывает у дверцы Стэн. Арлан что-то прокричал ей с подножки. Она посылала воздушные поцелуи и махала рукой, пока поезд не скрылся из виду.

Тогда она подхватила чемодан и повернулась спиной к решетке. Вышла, оставив позади колонны и каменных орлов злого великана. У будки сапожника остановилась, чтобы проверить адрес пансиона в записной книжке. Пансион «Джибуле», 78-я улица. Прежде чем пойти дальше, она вдохнула запах фиалок.

На 7-й авеню, у киоска, из которого пахло горячей выпечкой, она остановилась перед мальчишкой, который продавал крендели, нанизанные на деревянные жердочки, и спросила его, как пройти на 78-ю улицу.

– Восток или Запад?

Хэдли заглянула в записную книжку. Подросток внимательно разглядывал ее от волос до туфель.

– Новенькая здесь, да?

– Это так заметно?

Он поднял глаза к небу и сплюнул жевательную резинку.

– Самую малость. Ну так? Восток или Запад?

– Запад.

– Можно было трамваем, но он туда больше не ходит, придется на метро.

– На метро? – повторила она, поморщившись. – Я еще не привыкла, боюсь заблудиться. А пешком дойти нельзя?

Мальчик присвистнул, показал на чемодан и пакеты.

– С этим-то? Садитесь лучше на автобус до Коламбуса, подъедете поближе. Остановка тут рядом, на 34-й. Эй, вы потеряли бумажку!

Хэдли и не заметила, как она выпала из сумочки. Адрес Арлана! Она поспешно подняла сложенный листок, сердце отчаянно забилось.

– О, спасибо… Это очень важная бумага.

– Записка от вашего милого?

Она улыбнулась, зажала бумажку в кулаке, спрятала кулак в муфту. Еще раз понюхала букетик.

– Как тебя зовут?

– Куп. Так вы не ответили.

– Нет, это не записка. Огромное спасибо, Куп.

Хэдли направилась к 34-й улице. В автобусе она поставила чемодан в проходе перед собой. Где, он сказал, он живет? В Вест-Сайде. Она достала бумажку из муфты и прочла адрес.