Читаем Unknown полностью

К тому времени, когда генерал Макмастер начал поездку в середине апреля 2017 года, его со­трудники подготовили раннюю версию стратегии для Южной Азии, которая проходила меж­ведомственный процесс. Сначала он планировал остановиться в Афганистане на две ночи, а затем отправиться в Пакистан на полдня и Индию на одну ночь. У него не было своей новой команды, и он чувствовал, что некоторые пережитки прошлого от предыдущей администра­ции плохо подходили для своих ролей. Он особенно скептически относился к Лорел Миллер из Госдепартамента и ее сосредоточенности на примирении. По его мнению, назначенцам Обамы просто не хватило смелости ввязаться в войну и они не смогли понять потенциально катастрофических последствий того, что Афганистан выйдет из-под контроля. Он считал, что существует реальный риск того, что если она рухнет, страна может стать тренировочным полигоном для террористических группировок, таких как "Аль-Каида" и Исламское государ­ство.

Он был рад, что новый директор Совета национальной безопасности по Южной Азии, Лиза Кертис, должна была присоединиться к ним в Пакистане. Лухан был в поездке вместе с Кортни Купер, которая все еще была директором Совета по Афганистану. Лорел Миллер и Джедидайя Ройял присоединились к ним из Госдепартамента и Пентагона, соответственно, недавно вернувшись из поездки на встречу с талибами в Дохе. Генерал Макмастер вызвал их в свой офис во время полета в Афганистан, чтобы проинформировать его о прогрессе, до­стигнутом ими на данный момент в переговорах.

Миллер подготовила презентацию, в которой кратко излагались выводы за прошедший год и какие подходы можно было бы предпринять для продвижения процесса.

- Что ж, я думаю, мы просто теряем время, - сказал генерал Макмастер, как только она закон­чила.

Он продолжил излагать свое видение стратегии США в Афганистане. Оно не предполагало мирных переговоров в ближайшее время. Первым шагом, по словам советника по националь­ной безопасности, было изменение траектории конфликта. Соединенные Штаты должны бы­ли остановить продвижение талибов на поле боя и заставить их согласиться на уступки в этом процессе. Он раскритиковал неудачное наращивание войск администрацией Обамы, ко­торое было сорвано из-за жесткого восемнадцатимесячного срока для начала вывода. Он слу­жил в Афганистане в 2011 году, когда американское присутствие достигло своего пика в сто тысяч военнослужащих, и считал, что преждевременный вывод войск, как раз в тот момент, когда наметились признаки прогресса, свел на нет все шансы на победу.

Он сказал Миллер и другим присутствующим сотрудникам, что переговоры США с Талиба­ми увенчаются успехом только тогда, когда Соединенные Штаты вернут себе позиции силы на поле боя и “одержат победу” над повстанцами. При упоминании о победе директор по Афганистану Купер постаралась не закатить глаза. Она вспомнила всех предыдущих генера­лов, которые приходили и уходили в Афганистан, и каждый из них обещал добиться перело­ма. Она не думала, что Соединенные Штаты могут заставить Талибан пойти на уступ­ки, просто наращивая силы на поле боя. Да и президент Трамп вряд ли одобрил бы такой план.

Генерал Макмастер краем глаза заметил выражение ее лица.

- Что? Вы не верите в победу? - спросил он.

В Афганистане советник по национальной безопасности был рад обнаружить, что все с энту­зиазмом восприняли предложенный им курс действий. Американские военные выступали за предоставление дополнительных полномочий и войск после сокращения. Президент Афгани­стана Гани, наряду с остальной частью правительства, был в восторге. Высокопоставленные афганские чиновники помнили генерала Макмастера по его турне по Афганистану и ожида­ли, что он отменит введенные при Обаме ограничения на операции США, которые позволи­ли Талибану в предыдущие годы добиться успехов.

Вернувшись из поездки, генерал Макмастер почувствовал, что все понимают важность уча­стия в процессе и объединения вокруг новой стратегии. Следующим шагом была подготовка рамочного документа, в котором была бы представлена целостная оценка интересов США в регионе и ситуации в Афганистане, а также общий взгляд на цели США. Он хотел, чтобы в стратегии для Южной Азии было признано, что политика каждой страны региона должна быть взаимосвязана для определения результатов в Афганистане.

К его удивлению, этот процесс оказался достаточно простым. Все были готовы усилить дав­ление на Пакистан за предоставление убежища Талибану, жалоба, о которой генерал Никол­сон неоднократно давал показания в Конгрессе. Проблемы начались, когда пришло время уточнить варианты для президента Трампа и решить, как их представить. Обычно агентства предоставляли президенту варианты на выбор, со сценариями для каждого. Генерал Макма­стер хотел предложить четыре варианта, включая вывод войск, который президент явно одо­брял. Он столкнулся с сопротивлением со стороны остальных, которые возразили, что прези­дент Трамп мог бы просто уйти, если бы у него был выбор.