Читаем Умереть и не встать полностью

– Хорошо, допустим… Она поняла, что нужно сматываться отсюда. Куда?

Я в упор посмотрела на Жору. Тот снова только пожал плечами.

– Домой у нее хватило ума не хеать, ко мне тоже… Господи, ну почем уона даже не позвонила? – простонала я. – Где она, а, Жора? – я схватила Овсянниколва за пуговицу и умоляюще заглянула ему в глаза, словно ожидая, что он сейчас выложит мне ответы на все вопросы.

– Поленька, может быть, она пошла к матери? Или к бабушке?

– К бабушке… – повторила я. – К бабушке, к бабушке! Вот! Скорее всего, она поехала именно туда! Жора, едем!

– Куда? К Евгении Михайловне?

– Конечно!

– Поленька, но я еще не закончил здесь. И потом, можно же просто позвонить!

– Ты что, Евгению Михайловну не знаешь? Да она, если Ольга ей рассказала, в чем дело, ни за что не станет отвечать по телефону. Она конспирацию соблюдает будь здоров! Она запросто может предположить, что кто-то работает под меня, поэтому по телефону ничего не скажет. Ехать надо…

– Хорошо, тогда, может, ты съездишь сама? А потом проедешь прямо ко мне в отделение? Я буду на месте.

– Ладно, Жора, – я уже выскакивала из машины. – Я приеду непременно.

Когда я знала, что нужно делать, я действовала очень быстро, не тратя времени на всякие сюсю-мусю.

– Если она там, передай ей: пусть не делает глупостей! – крикнул Жора мне вслед.

Я махнула рукой и, запрыгнув в «Ниссан», надавила на газ.

До Евгении Михайловны я долетела минут за десять. Бегом взбежала по лестнице и едва удержалась от того, чтобы не затрезвонить – так можно всех перепугать. Я один раз нажала на кнопку звонка и почти сразу же услышала спокойный голос Евгении Михайловны.

– Кто там?

– Бабуля, ээто я! – прошептала я, и бабушка тут же открыла дверь.

– Здравствуй, мое солнышко! – с улыбкой поприветствовала она меня, целуя в щеку. Я всегда знала, что бабушка любит меня больше всех.

– Здравствуй… – я крепко обняла ее и прижалась.

Бабушка сразу поняла, что со мной что-то не так. Она легонько приподняла мой подбородок и заглянула прямо в глаза мудрым пристальным взглядом.

– Что случилось, детка? – тихо спросила она.

– Ах, бабуля! – я не выдержала и расплакалась, поняв, что Ольги здесь нет.

– Успокойся, детка, пойдем-ка я тебе кофе сварю. Ну-ну, не надо уж так. Неужели это моя сильная девочка так плачет? Никогда бы не поверила.

– Ах, бабушка, – качая головой, проговорила я. – Иногда мне кажется, что я совсем не сильная, а просто маленькая, беспомощная девчонка, которая не знает, как ей поступить…

– Ну, это бывает у всех, – бабушка обняла меня за плечи и повела в кухню. – Эмоции необходимо выплескивать. Ты просто устала. Наверное, многое навалилось в последнее время, да, детка?

Я только кивнула. Бабушка усадила меня за стол и поставила вариться кофе.

– Тетя Поля! Тетя Поля! – послышался детский крик, и из комнаты вылетели Артур и Лиза. Они подскочили ко мне и одновременно стали забираться на колени.

– Ох, ну сколько раз я вас просила не называть меня «тетя Поля»! – смеясь и целуя по очереди пухлые щечки, проговорила я. Вид счастливых детей меня немного успокоил.

– А где мама? – задала Лизонька вопрос, которого я больше всего боялась.

– Она скоро придет, – мягко ответила я, поглаживая Лизины русые волосы. – Все будет хорошо.

– Милые, у Полины ко мне серьезный разговор, вам он будет неинтересен, поэтому идите в комнату, – сказала Евгения Михайловна, и малыши тут же послушались. Они вообще великолепно ладили с Евгенией Михайловной, называя ее любимой бабушкой, хотя для них она была уже прабабушкой. В роли нелюбимой бабушки выступала Ираида Сергеевна.

Когда мы остались одни, Евгения Михайловна спросила:

– Ну так что у тебя произошло?

Я глубоко вздохнула, потом резко выдохнула и рассказала бабушке все-все с самого начала.

– И теперь я просто не представляю, что мне делать, бабуля, – призналась я, помешивая ложечкой свежесваренный кофе.

– Прежде всего успокоиться, – рассудила бабушка. – История, конечно, неприятная, но не безвыходная. И надо заниматься тем же, чем ты занималась до того, как узнала об Оле.

Я вопросительно посмотрела на бабушку.

– Ну, ты ведь занималась расследованием? Вот и продолжай. Оправдать Олю можно, найдя настоящего убийцу. Насколько я поняла, Олю просто подставили. Вот и ищи, кто бы это мог сделать. Правда, теперь тебе придется труднее: одна ведь ты осталась. Но зато каков стимул: сестра в беду попала.

– А как же… А как же Оля, бабушка? Ведь ее нужно искать?

– Ты знаешь, я думаю, что она сумеет о себе позаботиться. Не настолько уж она беспомощна, как тебе кажется. Но искать, конечно, надо. Найдется, не волнуйся.

– Так, значит, чем я собиралась заниматься до того, как поехала к Веронике? – принялась вспоминать я. – Планировала побеседовать с Караваевым.

– Вот и говори, – кивнула бабушка. – А паниковать не надо.

– Так, решено, – я вскочила с места. – Я убегаю, бабуля, как освобожусь – обязательно позвоню. Пока!

– Счастливо, солнышко, – улыбнулась мне она.

Я не выдержала и повисла у Евгении Михайловны на шее.

– Бабуля, бабуля, какая ты у меня замечательная! – с нежностью проговорила я. – Спасибо тебе!