Читаем Умереть и не встать полностью

– Я никого не выгораживаю! – вспылил вдруг Никита, который показался мне очень выдержанным. – Я не собираюсь никого оправдывать! Но говорить больше ничего не буду! И перестаньте спрашивать у меня одно и тоже! Интересы своей семьи я защтщаю сам, уж как могу! – Последняя фраза прозвучала у него как-то смазанно, видимо, непроизвольно вырвалась.

За это я и ухватилась.

– Значит, тут замешаны интересы вашей семьи? – сказала я. – А я так и думала. Тогда тем более вам нужно все рассказать! Из-за вас моя сестра попала в беду, а вас это совершенно не интересует! – я тоже начала заводиться. – Совершенно посторонний человек попал в беду, а вы тут молчите, не хотите даже за себя постоять! Надулись, как индюк, и талдычите одно и то же: «Не знаю, не знаю, не знаю»! Вам вообще что-нибудь надо? – я уже плохо контролировала себя и просто орала. Все последствия стрессов, произошедших за последнее время, выплескивались теперь в этом бурном потоке эмоций – я на Караваева выбрасывала свою злость, будто он один был во всем виноват.

Жора Овсянников вскочил с места, подлетел ко мне и стал хватать за руки, пытаясь успокоить.

– Поля, прекрати немедленно! – кричал он. – Я сейчас выведу тебя отсюда.

– Вы даже не хотите отомстить убийце своей жены! – выкрикнула я, вырываясь.

– Замолчи! – рявкнул Жора, толкая меня к входной двери. – Чего ты несешь?!

Последнее, что я увидела – это растерянные, наполняющиеся тоской и безысходностью глаза Никиты Караваева. А вместе с этим в них появилась и крытая ненависть.

На улице Жора втолкнул меня в машину, захлопнул дверцу и заорал:

– Ты что делаешь, а? Ты что наделала, мать твою? Ты что себе позволяешь? Да я же тебе за это не знаю что сделаю! – еще никогда я не видела Жору Овсянникова таким сердитым. Обычно он никогда не распалялся до такой степени и всегда очень быстро отходил, даже если и сердился.

Я, честно говоря, даже испугалась. Никогда, никогла Жора Овсянников не разговаривал со мной в таком тоне. Я, конечно, понимала, что погорячилась, но все-таки нельзя же так!

А Жора продолжал орать:

– Ты понимаешь, что ты наделала? Что я за твою выходки могу просто с работы слететь? Я тебя предупреждал, чтобы ты молчала о чем не следует говорить!

– Извини, Жора, – попыталась я вставить, – я просто не выдержала…

– Не выдержала она! – взвился Жора. – Как я еще тебя выдерживаю – ума не приложу! Тебя ни один нормальный человек не выдержит! Ты только портить все умеешь! Все по-своему, всегда все по-своему! Но даже от тебя я не ожидал такого, Полина. И хочу тебе сказать: на этом все. Все, поняла? Больше я тебе помогать не буду никогда. Даже не заикайся. Найди себе другого идиота, который будет плясать под твою дудку!

– Жора, я никогда не считала тебя идиотом! – простонала я. – Ну прости меня, пожалуйста, я просто не думала, что так получится! Я сама от себя не ожидала! Ну Жорочка, миленький… – я вцепилась в Жорину руку, потому что испугалась, что он сейчас просто вытряхнет меня из машины и больше ничего не скажет. И останусь я совсем одна. А остаться одной сейчас я боялась больше всего на свете.

Жора начал остывать. Я видела, как постепенно теплели его глаза.

– Жора… – продолжала я. – Ты же знаешь, я хотела как лучше!

– Как лучше она хотела… – уже не зло проворчал Овсянников. – Только получилось как хуже.

В этот момент из здания СИЗО вылетел молодой парень в форме с погонами младшего лейтенанта и подбежал к нашей машине.

Жора открыл дверцу.

– Георгий Михайлович! Товарищ майор! – торопливо заговорил парень. – Там этот Караваев на допрос рвется. Говорит, сказать что-то хочет.

Я быстро перевела взгляд на Жору. Тот удивленно шевельнул бровями, после чего вышел из машины и сказал мне:

– Жди здесь. Вздумаешь еще чего-нибудь выкинуть – убью!

Последнее слово прозвучало так, что я поверила в реальность угрозы.

Я послушно уселась на сиденье поудобнее и закурила. Жора скрылся за дверями здания.

Ждала я его довольно долго. Потом Жора вышел, устало опустился рядом со мной и тоже закурил. Я боялась даже рот раскрыть, чтобы не вызвать новую вспышку гнева.

Жора сделал четыре затяжки в глубокой задумчивости, потом сказал:

– Ты не надумала, где еще можно поискать Ольгу?

– Нет, – честно призналась я.

– Давай думать про ее друзей и подруг. С кем она была близка в последнее время? С Кириллом не встречалась?

– Насколько я знаю, Кирилл уехал куда-то в командировку, – припомнила я, что говорила мне Ольга про бывшего мужа. – И денег у нее почти совсем не было, значит, с Кириллом нет виделась. Она в последнее время очень хорошо с Дрюней Мурашовым спелась.

– С Дрюней? – Жора с интересом посмотрел на меня. – А к нему она не могла пойти?

Я на миг замерла. А потом, очнувшись, быстро схватила Жору за руку.

– Жора… А ведь верно! Она вполне могла пойти к нему! И искать ее там милиции не пришло бы в голову. Едем, Жора!

– Ты знаешь, где он хоть живет-то?

– Господи, конечно! Поехали, я покажу.