Читаем Украденное имя полностью

Новообразованная Московия в глазах тогдашних западных европейцев отнюдь не могла отождествляться с хорошо известной им Рутенией, а московиты — с рутенцами. «Надо сказать, что иностранцы, которые посетили Россию во второй половине XVII ст. (Павел Алеппский, А. Мейерберг, А. Олеарий и др.), считали Московию и Украину разными государствами, населенными отличными народами, каждый со своим собственным языком, бытом, правами»[489]. В Большом княжестве Литовском, а также в Речи Посполитой употреблялся только термин «Московское государство», «Московское княжество», «Москва». «Под влиянием продолжительного общения с послами Речи Посполитой термин Московское государство употребил Иван IV в своем послании английской королеве Елизавете I от 1570 г. Такое самоназвание образовалось в Смутные времена, точнее в 1612–1617 гг., когда территория Российского царства оставалась усеченной, ее северо-западные земли, новгородские земли, находились во власти шведов, а в связи с этим избрание первого царя из династии Романовых состоялось лишь на престол Московского государства»[490]. Так что иностранцы с XV ст. и вплоть до конца XVII ст. знали и употребляли термин «Московское государство», а не «Русь». Когда Иван III захотел предоставить своему титулу «великий князь всея Руси» не почетное, а юридическое значение, это стало предметом острой дипломатической борьбы с Большим княжеством Литовским[491].

Западные дипломаты во всякое время «называли царских послов „les Ambassadeurs Moscovites“, потому что Московия присваивает название „Россия“ лишь при царе Петре I»[492]. О практике употребления иностранцами термина «Русь» так пишет Костомаров: «Название „русь“ за нынешним южно-русским народом перешло и к иностранцам, и все стали называть Русью не всю совокупность славянских племен материка тогдашней России, а собственно юго-запад России, населенный той частью славянского племени, по которому теперь утверждается название южнорусского или малорусского»[493].

Герберштейн, посол цесаря Максимилиана II к Москве, публикует в 1549 г. «Rerum Moskoviticarum commentarii» («Записки о московских делах»), где выразительно отделяет Московию от Руси, то есть от Украины, западные границы которой, по его утверждению, проходят близ Кракова.