Читаем Украденное имя полностью

Чтобы спасти ситуацию, продолжить дело Карамзина, историк Н. Погодин (со временем присоединился языковед А. Соболевский) изобрел оригинальный ход, похожий на рокировку в шахматной игре. Он создал теорию, согласно которой коренными жителями Киевщины провозглашались именно россияне («великорусы»). Этих россиян, дескать, после 1240 г. вытеснили на север монголо-татары, а опустевшие земли заселили вместо них украинские пришельцы с Волыни и Галиции[304]. Выходило, что россияне в современном этническом виде существовали уже в Киевской Руси, а украинцы будто бы не имеют никакой причастности к киевскому периоду истории. По своему политическому смыслу эта концепция была открыто великодержавной и вполне отвечала политике царского правительства относительно Малороссии[305].

Для подтверждения связи между Киевским государством и Российской империей уже не хватало династического аргумента об общих Рюриковичах. «Погодинская гипотеза была вызвана волной „народности“. Она стала нужной в ту пору, когда „народность“ надо было добавить к православию и самодержавию как третий равноправный элемент»[306]. Полемизируя с Г. Максимовичем, Погодин возражал против признания мало-русским того, что, дескать, принадлежит великорусам испокон веков[307]. «Тем самым он сознательно или нет признавал саму возможность такой дележки и опровергал, в сущности, концепцию безусловного единства „трех русских племен“»[308].

Погодин, который видел распространение освободительных идей, пугал украинцев, что когда они обретут независимость, то «Малороссиянам с каким-нибудь Хмельниченком или Голопупенком ничего не останется делать, как, почесывая затылок, обратиться к тому же москалю, к тому же кацапу, и, поклонившись низко, сказать: помоги, братик! Ляхи, вражии дети, одолевают нас; мы виноваты перед тобой, сглупив; впредь не будем, слуги твои, братья и други»[309].

Несмотря на свою неуместность, гипотеза Погодина-Соболевского была такой привлекательной для российских историков, что ее приняли вообще без особых предосторожностей[310]. В дискуссии, которая по инициативе украинских ученых развернулась вокруг погодинской гипотезы, приняли участие М. Максимович, Б. Антонович, П. Житецкий, А. Крымский, И. Ягич, А. Шахматов и др. А. Шахматов дал этой гипотезе уничтожающую оценку: «Мы должны как можно более решительно отбросить мысль, что Киевщина была в старину заселена не предками современных малороссов, а предками современных представителей других русских народностей. Искать в X–XI столетиях над Днепром великорусов целиком напрасно, потому что великорусская народность — нового происхождения»[311]. Против погодинской теории остро выступил Т. Шевченко в стихотворении «Стоїть в селі Суботові».

Надо сказать, что отказать гипотезе Погодина в оригинальности нельзя, однако иначе обстоит дело с доказательствами. «Учитывая отсутствие целостных миграций на протяжении ІХ-ХІІІ ст. и общую устойчивость населения, при которой лишь в отдельных и ограниченных хронологически районах имели место частичные сдвиги и перемещения, можно утверждать, что в процессе этнической агломерации традиция генетической наследственности была основным фактором, и что, таким образом, предками каждого из трех современных восточнославянских народов было в первую очередь население тех земель, которые в более поздние времена образовали их этнические территории»[312].

Так вот, то, что переселяться с Юга на Залесье не было никакого смысла, вытекает из тогдашней исторической ситуации. Завоевав Залесье, чтобы укрепить свое господство, монголы делали частые опустошительные походи на эту территорию. В течение первых 20–25 лет монголо-татары провели четырнадцать походов на Залесье. «В совокупности свидетельств письменных источников и археологических материалов возникает картина крайне тяжелых следствий монголо-татарского нашествия XIII ст. для сельских местностей Северо-Восточной Руси. „Татарские рати“ опустошали сельские местности. В огне наскоков гибло население, разрушались сельские хозяйства. Жители гибли от татарских сабель, умирали от голода и болезней. Многие домонгольские поселения в районах, которые подверглись наскокам „татарской рати“, стали обезлюдненными. Пашня зарастала лесом. Археологически это явление подтверждается массовым опустошением в XIII ст. домонгольських поселений на территории Северо-Восточной Руси»[313].