Читаем Убить Зверстра полностью

С тех по, как нас кидонули в недорезанный капитализм, посетителей в читальных залах значительно поубавилось. Дело вовсе не в том, что теперь лекции записывают на диктофонные кассеты, а не в конспекты, и не в том, что нет такого понятия, как изучение первоисточников классиков марксизма-ленинизма, политэкономии и философии путем их конспектирования, поелику самих классиков (революция же — все долой!) извели как класс, и даже еще более не в том, что стало намного меньше студентов. Все это второстепенные факторы. Главное, что отношения «деньги-товар» в изуродованном виде, как будто над ними поработал разыскиваемый маньяк, проникли и в сферу высшего образования. Зачем трудиться и учиться, если можно заплатить за то, чтобы остаться неучем? Умники восприняли эти всеобщие настроения на ура — меньше конкурентов, меньше хлопот. Преподавателям тоже, как очевидно, новые веяния пришлись по душе — прибыльно и не накладно в смысле трудов. И дураки рады — не надо менять природный статус.

В подтверждение сказанному в читальном зале сидело пять человек: одна бабка читала библиотечную книгу, две женщины, как мне показалось, готовились к лекциям и два парня пригожего для меня возраста листали подшивки газет, что намеревалась сделать и я. Легко догадаться, к кому я подсела, но эти старания не увенчались успехом: пока мне принесли подшивку «Новороссийск вечерний», где велась интересующая меня рубрика «Криминальная хроника», парни ушли. Подшивки было две, одна за первый квартал текущего года, который еще не закончился, а другая — за последний квартал предыдущего года.

Не волнуйтесь, у меня хватило ума просматривать газеты от конца к началу. Наша «вечерка» выходит, как и полагается, ежедневно, но криминальная хроника публикуется только по понедельникам и четвергам, видимо, чтобы не омрачать гражданам выходные дни. Рубрика занимала в газете постоянное место: нижний правый угол третьей полосы.

Я, конечно, не была заядлым читателем газет, и все уточнения, о которых сейчас сообщила вам, должна была заметить во время просмотра. А когда заметила, мой поиск пошел быстрее.

Заканчивая работу с подшивкой за текущий год, я сделала еще одно открытие: все происшествия печатались под рубрикой «Внимание!». Если же ко времени выхода очередного номера газеты в рубрике «Криминальная хроника» не набиралось материалов о происшествиях, то тут печатались статьи, имеющие отношение к криминалистике. Их я, конечно, не смотрела, и теперь просматривать подшивки стало совсем легко. С четвертым кварталом предыдущего года я справилась за четверть часа.

Но ничего из того, что могло бы объяснить странное поведение Артемки Звонарева, я не нашла и, признаюсь, приуныла. Я посмотрела на свои почерневшие от пыли и полиграфической краски пальцы, заподозрила, что почти такое же у меня делается и под носом, и отправилась в туалет приводить себя в порядок. Не ехать же через весь город испачканной газетной мкулатурой! Вымыв руки и протерев влажной салфеткой лицо, я взбодрилась не только настроениями, но и намерениями. В самом деле, почему бы мне не задержаться в чистом, светлом, просторном зале, живописно устроившись за столиком у окна и не просмотреть еще одну подшивку, за июль-сентябрь прошлого года? Как людей портят легкие победы! «Набор маньяка», как я про себя назвала сверток, принесенный Алешкой, свалился мне в руки как манна небесная. С Сухаревым случились свои чудеса, избавившие его не только от обвинений, но и от острого горя. Я не сомневалась, что Алина Ньютоновна сумеет подготовить его к случившемуся и поможет смягчить удар. Однако так не может продолжаться долго, полоса удач — это вам не лист Мёбиуса. Может быть, как раз сейчас она для меня и закончилась.

Девушка, обслуживающая посетителей читального зала, зверем посмотрела на меня, когда я попросила еще одну подшивку, так горько ей мечталось идти в хранилище и таскать туда-сюда громоздкие и тяжелые стопки бумаги, да еще пыльные.

— Вы еще что-то будете заказывать? — спросила она, и я поспешила заверить ее, что нет.