Читаем Убийца-юморист полностью

— Ну и что? Люба ведь невеста на выданье. Она хотела замуж. Я это всем сердцем чувствовала. А ему она — забава. Он и не таких обламывал. Вот и тебе мой совет: беги от него и не оглядывайся.

Золото истинное вот такие дамы для всякого рода «дознавателей!. Надо лишь являть перед ними образ мало чего смыслящей персоны. Чтоб они могли всласть поучить вас уму-разуму.

— А правда, — я подняла на полковничью вдову невинные, глуповатые очи, — а правда, что Любочка вдруг на этой даче от любви отравилась? Стала пить из какой-то бутылки и…

— Ну наплетут же люди, ну наплетут, — не на шутку разгневалась дама. Ничего толком не знают, а язык узлом завязать не желают! Дед её тут умер! Дед! Писатель Пестряков! Пил, пил и умер…

— Да вы что? Да как же это-то?!

Таким женщинам, как моя собеседница, следует заказывать песни, что лично для них пел их любимый певец… От неё я ушла, узнав, что:

1. Пестряков, конечно, не полный пьяница, но в вечер, когда нашли его труп, она, Капитолина Матвеевна, лично докрашивала свою калитку и видела, что писатель вошел на территорию своей дачи с неким нездешним человеком. Скорее всего, молодым. Вы черных брюках и серой рубашке. До этого он говорил, что собирается рамы менять, а то они совсем прогнили. Здесь все дачники то и дело приводят к себе кто печников, кто столяров, кто плотников. Дом же ухода требует, а то вовсе развалится. Вот почему она не придала особого значения тому, что сосед вернулся домой с посторонним человеком. Но никаких криков она из дачных окошек писателя не слыхала в тот вечер. И не видала, когда посторонний мужчина ушел. А вот когда Любочка объявилась — помнит. В синем свитерочке и серых брючках. Но пробыла на даче недолго. С полчаса всего. И ушла. С сумкой. Со спортивной, тяжелой. Она с ней часто ходила. Летом яблоки в ней носила. А что уж понесла весной — кто знает. Если у неё спросить… Вышла на улицу одна, ноне через калитку, а через дыру в заборе. Так быстрее выскочить на шоссе. Уже было около девяти вечера. Дед её не провожал. Хотя обычно стоял на крыльце, смотрел вслед. На Тихой и вокруг было очень тихо в этот светлый ещё час, и она, Капитолина Матвеевна, слышала шипение шин по шоссе, и как Любочкин голос сказал кому-то: «Ну ты и юморист…» И как хлопнула дверца машины. Тоже ничего особенного. У Любочки были кавалеры с машинами. А кто из них и почему «юморист» — ей, Капитолине Матвеевне, разбираться нет причины.

— А мог это быть ваш племянник Анатолий Козырев? — спросила я так, на всякий случай.

— А почему нет? В этой жизни все непредсказуемо, — был ответ. Анатолий, по моему мнению, и есть самый рассамый юморист. Заморочит девку и бросает. Хочешь хохочи, хочешь — плачь…

Мысль нежданная, грубая: «А что если, все-таки, все-таки, Любочка со своей свирепой, роковой любовью к этому тенору виновата… мягко скажем… в смерти старика Пестрякова?»

Но тогда… тогда рассыпается вся лесенка из предположений, что и детская поэтесса Нина Николаевна Никандрова, и драматург Семен Григорьевич Шор, и Д. С. Пестряков-Боткин были убиты, то есть отравлены, в связи с какой-то одной, общей для них причиной… Тогда листок с тремя их фамилиями на кресте могилы В. С. Михайлова — сущая ерунда, случайность, совпадение…

Однако так просто расстаться с версией, что все трое погибли не случайно, не по разным причинам, — не хотелось, душа не велела. Душа настаивала: трагический конец трех старых писателей связан с какой-то злой, роковой тайной.

… Тарелочка луны с отколотым краем сияла с пронзительной яркостью, отчего, казалось, и цветущий куст жасмина под окном утраивал свой дневной аромат, отчего и в голову ко мне пришло простое, как мычание, и такое же конкретное, убедительное соображение: «Вдовица Михайлова плюс суперкрасавец-тенор плюс Любочка. Все они, выходит, как-то, для чего-то встретились… Как-то связаны-повязаны…

Но как? Но чем? Но почему? Вот загадка…

Люблю сидеть перед окном, распахнутым в теплую летнюю лунную ночь… Кажется, длись это долго-долго, ничего больше не надо… Но особенно уместно чувствуешь себя в этом чарующем мире в те минуты, когда точно знаешь, чем следует заняться завтра, с какой стороны ждет удача.

Мне мнилось в лунном сиянии и жасминовом аромате, что завтра мы встретимся с Любочкой Пестряковой, и я смогу уточнить, почему она оказалась на даче своего дедушки именно в тот вечер, когда дедушка был убит и почему она сразу не сказала мне об этом… Какие причины замалчивать? Если ты не убийца… то чего там, договаривай до конца.