Читаем Убийственные именины полностью

— Могла, — тихо и словно бы с улыбкой произнес Даня, глядя на друга, — По объективным показателям могла. К концу беседы папа Карло был настолько пьян, что вряд ли мог соврать. Есть в его рассказе и реальная информация. В комнате Лариса побывала еще до того, как Евсеевна обнаружила труп. Могла либо сама убийство совершить, либо до соседки наткнуться на мертвое тело матери. На Ларисину причастность к убийству указывает и то, что Ларка носит бабушкино кольцо с алмазом — при ударе могла оставить следы. В такой ситуации ясно одно: смерть Варвары — естественная или насильственная — произошла в течение примерно тридцати минут после окончания теткиного разговора с Алексисом. Павлуша к тому времени как потенциальный убийца отпал, Лариска беседовала с Алексисом, а где были остальные в этот момент, помнишь?

— В какой "этот"? — хмуро поинтересовался Ося, — Ты понял, когда конкретно произошло убийство? Я — нет. И мы даже не знаем, когда Варвара прошла в свою комнату.

— Стоп! — воскликнул Данила, — Вспомнил! Тетка разговаривала с Симой, когда девчонки убирали со стола. О работе для своего блюдолиза. Мать при мне упоминала: Варька пыталась втиснуть Алексиса в какую-то богатую фирму через Георгия. Гоша знаком с владельцем фирмы. Серафима Вавочке сочувствовала, но Гоша ей мягко объяснил, что его знакомые не должны платить за экстравагантные Варькины привычки. Я думаю, раз Варвара захотела найти своему лесорубу работу, то после десерта опять пошла обрабатывать маман. Та ей скорее всего отказала, тетка расстроилась и двинулась в спальню, похныкать. Можем узнать у Симы, когда они с Варварой расстались. У мамы отличное чувство времени, она вспомнит.

— Слушай, — неуверенно высказался Иосиф, — а Симу не очень потревожат наши расспросы? Может, не стоит, а? Понимаешь, ей стоило уйму сил после смерти любимой сестры оправиться, а мы тут как тут, два дятла на суку: тук-тук, мы хотим у вас выяснить обстоятельства гибели Варвары Изотовой! А в каком таком одолжении вы, Серафима Николаевна, отказали сестрице перед смертью? А не из-за этого ли, часом, она скопытилась? Георгий же нас пришьет, если услышит эти вопросики!

— Но, — ответил помрачневший Данила, — с Ларкой поговорить надо. Я не собираюсь верить каждому слову Алексиса, но проверить…

— Да, конечно, — без энтузиазма подтвердил Ося и уставился в боковое стекло.

Теперь они ехали обратно в Мачихино — без чувства определенности и облегчения, без разгаданной причины Варвариной смерти, а заодно и без желания продолжать это нудное, выматывающее занятие. "Почему у меня после каждой беседы с "подследственным" тошнотворное чувство? Точно живую лягушку на спор съел", — размышлял Данила, кружа по московским улицам, — "Горек, однако, следовательский хлеб! Ей-Богу, и жалко, и стыдно, и противно: сотворил глупую, бессмысленную пакость! Уж сколько раз твердили мне, дураку: хватит детских игр! Да только все не впрок! Теперь вот еду проверять на вшивость Ларку, а сюда ехал, чтобы ее спасти. Ну, задачу по ограждению Фрекен Бок от дровосека я все же выполнил. И то хлеб. Приеду, узнаю время убийства, разберу алиби оставшихся. До чего же мерзко проверять свою собственную семью! Я же живой человек!"

Он со злостью надавил педаль газа, едва не въехав в придорожный столб, затормозил, отдышался и поехал тише. "Не пойму никак: человека сначала поят в стельку, потом ведут в спальню и дожидаются, пока у него полдома перебывает. А за процессией визитеров, каждый из которых лупит Варвару будто боксерскую грушу, приходит какой-то нелепый душегуб и бьет жертву головой о кресло. Черт-те что, а не план убийства! Слишком много в нем зависело от удачных (не для тетки, конечно) совпадений. Наверное, Вепреухов прав был: не было состава преступления, а была несчастливая Варькина карма — или тетушку замочил человек с талантом импровизатора. Пришел, увидел, убил. Все, баста! Запрещаю себе думать об этом до самого Мачихино!"

Когда они приехали, истосковавшийся Оська сразу рванул искать Зинаиду, а Даня во дворе встретил Георгия, который нес Симочке ее любимую шаль, какую-то усладительную книжку про любовь и блюдечко малины. Торопливо поздоровавшись, Гоша попросил Даню подождать его возвращения в столовой, а сам направился в Симину комнату. Примерно через четверть часа Георгий спустился к Даниле в "залу" и уселся рядом, неизящно поставив локти на прямо роскошества "кинг сайз" с ее бахромой и цветочными гирляндами, и мужчины, в свою очередь, без обиняков приступили к делу. Для начала перекинулись парой сочувственных фраз о Максимыче, о его родне, о Фрекен-боковском здоровье после недавних переживаний, потом лицо Гоши неожиданно стало сосредоточенным, будто он вспомнил о неприятной обязанности, которой не избежать.

— Ну, как съездили? Проверили свою сыщицкую версию на компетентность? — спросил он Даню слишком небрежно, чтобы казаться искренним.

— Как всегда, — пожал плечами Данила, — нам с Оськой явно не хватает специальных познаний, вот и подозреваем всех подряд.

— А вы разве не в морг ездили? — в Гошином голосе чувствовалось напряжение.