Читаем Тварь из бездны полностью

Стражники снова загалдели — неприятельский флот пришел в движение. Медленно, ловя боковой ветер, эскадра пошла под углом к берегу. Сперва казалось, что они направляются к западу от форта, то есть мимо входа в гавань. Затем они резко сменили курс, держа теперь путь точно в залив, перегороженный цепями. На стенах поднялась суета, кто-то молился, кто-то побежал вдоль парапета, словно отыскивая более безопасное местечко… Крики, ругань... стоявший поблизости ополченец, бормоча сквозь зубы проклятия, вытащил из заплечного футляра короткий лук и принялся торопливо натягивать тетиву. Он волновался, петля то и дело соскальзывала, руки горожанина дрожали. Танцор, приплясывая и бормоча, размахивал широкими рукавами просторной накидки, воздух вокруг чародея мигом наполнился гулом и крошечными искорками, кружащимися вокруг колдуна в причудливом хороводе. Все, кто оказался поблизости, включая и редриговых учеников, тут же отшатнулись, опасаясь попасть в этот магический вихрь.

Ральк вдруг осознал, что и он волнуется, солдат поднес к глазам пальцы — не дрожат ли? Вроде, нет. А ведь никогда прежде ему не случалось так беспокоиться перед боем…

— Нет, они мимо, — спокойно произнес над ухом Кирит, — просто меняют галс. Когда в бейдевинд судно идет, всегда так.

Ральк обернулся к морю — в самом деле, северяне снова маневрировали, подставляя ветру другой борт… Эгильт тоже расслышал пояснения мага и зычно рявкнул:

— Прекратить панику! Северяне мимо идут!..

Капитан, должно быть, только что окончил обход стен и сейчас возвращался, по-прежнему сопровождаемый красно-желтым сержантом. Ополченцы и стражники сторонились, прижимаясь к парапету и пропуская начальство.

— Верно, сержант, — кивнул издали офицер. — Мы тоже решили, что разбойники попытаются подняться к городу по одному из рукавов Ораны.

Северяне неторопливо маневрировали, держа общий курс вдоль берега — похоже, в самом деле, искали достаточно широкую протоку, чтобы направить в нее неуклюжий катамаран. Туча ползла за ними, от нее отслаивались плоские серые волокна тумана и ползли над морем, постепенно растворяясь в небесной голубизне…

Едва обнаружилось, что северяне обойдут форт, и драться сейчас не придется, как ополченцы разом стали общительны и словоохотливы. Хлопая друг дружку по плечам, показывая пальцами и повышая голос без нужды, вернцы принялись обсуждать суда северян, их парусную оснастку, обводы, количество щитов, закрепленных вдоль борта каждого судна… Ну и заодно — стратегию неприятельского флота. Оказывается, в гарнизоне Западного форта оказалось немало знатоков морского дела и выдающихся полководцев, все отлично разбирались в военной науке…

Тем временем флот варваров, меняя галсы, двигался вдоль берега. Обогнув портовые укрепления, сопровождаемый драккарами катамаран шел, избегая отмелей, к западу. Вскоре флот северян оказался против ветра, и на боевых кораблях пустили в ход весла. Сопровождаемое же черными тучами судно северного волхва по-прежнему продвигалось под парусом, ритмично вздувающимся и опадающем.

— Это волхв парус наполняет? — поинтересовался Ральк у чародея Кирита.

— Да. Магический ветерок в парусах. Однако немного странно… Кирит вцепился пятерней в куцую бороденку и нахмурился. — Странно…

— Что ж странного? — включился в разговор Эгильт. — Дело-то обычное. Вот вы, мастер… Вы ведь вчера тоже помогли «Гневу Фаларика» спешащим ветром, верно?

— Обычное дело, мастер сержант? — маг прищурился. — Ну что ж… Для вас и впрямь обычное.

Эгильт почему-то смутился и отошел, буркнув что-то насчет необходимости обойти стену и проверить… кое-что, в общем, проверить… Ральк не понял, что означает этот обмен намеками, но просить объяснений у мага он не решился, за всем диалогом чувствовалось что-то слишком личное или даже постыдное. Чародей проводил взглядом сержанта — тот поспешно удалялся, проталкиваясь между оживленно галдящих ополченцев — и буркнул:

— Сам не знаю почему, но мне не по душе такие люди. Вот сержант этот — казалось бы, ничего, обычный человек, но…

— А что с ним не так? — осторожно спросил Ральк.

Сейчас все, кто находился на стене поблизости, были увлечены наблюдением за северянами и никто не прислушивался к их тихому разговору.

— Он же отказался.

— Отказался от чего?

— От собственного дара. Я думал, вы знаете… Ладно, слушайте, юноша, все равно большого секрета здесь нет. Многие люди наделены магическим даром, они поступают в обучение к чародеям…

— Надевают капюшон?

— Да, согласно обычаю. Вы, разумеется, слыхали — ученик мага, надевая капюшон, лишается своего лица, и никто не знает, каким он станет, овладев нашим ремеслом. Он отказывается от прошлого, от семьи, от собственной внешности — в обмен на раскрытие дара, в обмен на повторное рождение в качестве колдуна… Ну, это вещи известные… О, глядите-ка! Эта протока им пришлась не по душе. Идут дальше.

Объясняя, колдун не сводил глаз с неприятельских судов. Ральк послушно глянул, куда указывал собеседник. Северяне замедлили ход перед устьем одной из проток, но затем снова взяли курс вдоль берега, удаляясь от форта.