Читаем Цвет прошлого полностью

Отправились в путь мы вскоре после восхода, наскоро перекусив и пополнив у родника запасы воды. Жаль было покидать гостеприимную поляну, но, что поделаешь, не оставаться же из–за этого в Приграничьи. Теплая погода сохранялась почти до полудня. Но стоило нам пересечь едва приметную границу, как все вернулось на круги своя. Владения хозяев Могучего, похоже, здесь закончились. Подул холодный ветерок, сперва слабый, но быстро набирающий силы. Вновь с севера потянулись косматые облака, впрочем, пока довольно редкие. Могучий замедлил шаг и внимательно поглядел по сторонам, прежде чем вести нас дальше.

Впрочем, на этот раз он уже не петлял, словно испуганный заяц, а шел прямо, никуда не сворачивая. И это при том, что признаки близости чужих хозяев встречались довольно часто. Сделав себе в памяти отметку, чтобы расспросить при удобном случае, я оглянулся на Фиори. Огонек сегодня чувствовал себя намного лучше, рана почти затянулась, так что мы оба ехали верхом. Большую часть времени девочка была погружена в невеселые раздумья и грустно крутила в руках найденный в Альбивио кулон. Лишь изредка на ее лице появлялось счастливое выражение, когда Ловкий выбирался из–под плаща и тихо мурчал.

Я, разумеется, догадывался, о чем размышляет Фиори. Похоже, те ее слова, что она всем приносит только вред и зло, были не болезненным бредом, а вырвавшимися наружу истинными чувствами. Если не переубедить Фиори, то, боюсь, долго ей наедине с такими мыслями не протянуть. Ведь человек сам закладывает свою судьбу, как осознанными поступками, так и невольными ожиданиями. И сам же разрушает свою жизнь глупыми заблуждениями. К счастью, проснувшись сегодня утром, я с удивлением понял, что все разрозненные соображения и доводы по этому поводу сложились в стройную картину. Осталось лишь выбрать подходящий момент.

Тем не менее, во время привала я первым делом направился к стоящему поодаль Могучему.

— Мне показалось, или мы и впрямь больше не обходим земли других хозяев?

— В этом не нужды. Мой Хозяин предупредил их. Так что ни тебе, ни твоей спутнице не причинят вреда.

— Но ты все равно начеку, значит, не все так хорошо?

— Мне велено вывести из Приграничья вас. И я выполню это, — буркнул Могучий и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.

Пожав плечами, я пошел обратно, мимоходом отметив, что Ловкий опять собирается сбежать на охоту. Впрочем, не успел он сделать и пару шагов, как Могучий обернулся и грозно рявкнул на него. В мгновение ока Ловкий очутился возле Фиори и с обиженным видом улегся у ее ног.

Присев рядом, я пристально посмотрел на девочку. В нашем саду росло множество цветов, и среди них было немало хрупких и изящных. Казалось, тронь их неосторожно, и они тут же сломаются или завянут. Фиори напоминала их своей беззащитностью и наивностью, которые, впрочем, удивительным образом сочетались с опасностью и проницательностью. Пожалуй, вернее, было бы сравнить ее с желто–фиолетовой розой, у которой, как известно, смертельно ядовитые шипы.

— Позавчера ты задала мне непростой вопрос. Тогда у меня не нашлось ответа, — спокойно сказал я.

Сделав паузу, бросил короткий взгляд на девочку. Та по–прежнему сидела с задумчивым видом, но я был уверен, что она внимательно слушает меня.

— Самое главное, что есть у человека, это возможность самому выбирать свой путь. И неважно, что порой, кажется, что выбора нет. Он есть, просто мы сами закрываем глаза, чтобы не видеть другого выхода. Иногда потому, что он неприемлем для нас. А иногда потому, что попросту боимся, прозрев, увидеть, как глубоко мы пали. Сколько наделали ошибок, сколько глупостей сотворили. Живя в столице, я старательно закрывал глаза, чтобы не видеть ничего вокруг. Старательно притворялся, что все в порядке, что жизнь Цветного взломщика мне полностью подходит. А на самом деле, все больше отворачивался от жестокой правды, что я, однажды испугавшись, забился в глубокую нору и боюсь даже высунуть нос из нее. Поэтому я благодарен тебе, Фиори, за то, что ты невольно заставила меня открыть глаза и сделать выбор. Правильный выбор. Вот, что ты сделала для меня.

Фиори устало закрыла глаза и помотала головой.

— Ты не понимаешь. Ладно, ты, а как же то, что сделали со мной синие гильдейцы, и то, что сделала я сама?! Как мне теперь жить? Я не могу примириться с этим.

— Видишь ли, Фиори, прошлое человека похоже на его тень. Сколько не пытайся, от нее не избавишься. Не убежишь, не спрячешься, ведь тень, — я встал и прошелся, подтверждая это, — всегда неразрывно связана с человеком. Да и глупо это, бояться своей тени. Она все равно останется с тобой. Правда, можно закрыться в темной комнате, чтобы не видеть ее. Но разве это выход? Что случилось, того назад уже не воротишь. Нужно принять это, увидеть совершенные ошибки и двигаться дальше.

Увлекшись, я и не заметил, как повысил голос. Спохватившись, сбавил тон и потянулся за флягой, чтобы промочить пересохшее горло.

— А как же ты, Айрид. Ты сам смог принять прошлое? У тебя получилось? — подалась вперед девочка.