Читаем Триста процентов полностью

– Я его не видела, – повела она плечами. – Никогда не ходила на собрания инвесторов, не было необходимости. Мистер Ферсен приезжал ко мне сам.

– К отчету приложены фотографии. Вдруг Майк запечатлел партнера Андерсена на пленку?

Мы вытряхнули снимки из папки, разложив их на столе и принялись изучать. Берди бросила на них лишь поверхностный взгляд и равнодушно отвернулась, примерно так же, когда я показывал ей результаты слежки за Уэйдом Торбифилом. Сейчас я уже не был так уверен, что она лично была замешана в деле, но заметил, что Монти поглядывал на девушку с подозрением.

Мы обнаружили довольно четкие фотографии встреч Андерсена с Синди Чен, молодые люди выглядели явно увлеченными друг другом. Может, Диана Слокам была права, и ее дочь знала, когда остановиться в своих фантазиях. Увидев, что у нее есть настоящая, а не воображаемая соперница, она отказалась от дальнейшей слежки за Ферсеном и без сожалений простилась с утраченными двадцатью сотнями, не говоря уже о гонораре сыщику. Потому что на горизонте у нее появился симпатичный торговец домашней техникой, снимавший на работе обручальное кольцо.

– А он красив, этот юный Френк, – покачал головой Хопи. – Кажется, тюрьма пошла ему на пользу. Выглядит мужественным, несмотря на бабскую прическу.

– Вот, видите часы, – ткнул я пальцем в один из снимков. – Фото сделано в июне. Тогда они еще на руке у Андерсена. Он точно передал их своей девушке.

Берди без интереса взглянула на изображение прямоугольного корпуса, на которое я ткнул пальцем.

– Это не ваш подарок? – прямо спросил я девушку. – Например, часы вашего отца?

– Вот еще. Папочка носил карманный «Лерой» из чистого золота с календарем и боем.

– А это кто? – спросил Монти, указывая на фотографию молодого человека с маленькими глазами и ранними залысинами надо лбом, стоявшего без пиджака и шляпы рядом с автомобилем у ворот какого-то белого двухэтажного особняка.

Хопи снял очки и поднес изображение к глазам.

– Не могу поручиться точно, но похож на Гарольда Лиделофа. Он точная копия своего отца, только на тридцать лет моложе.

Указанные на обороте снимка дата и место подтвердили это предположение.

– Гарольд – и есть партнер Френка?

– Почему бы и нет? – ответил я, вспомнив рассказ Белинды Хейс. – Он закончил частную школу, был отчислен из Беркли, учился в университете Аркаты на экономическом, потом переехал на Восточное побережье. Мог там найти работу на Уолл-Стрит, обзавестись достаточным числом связей и знаний, чтобы создать достаточно правдоподобную базу для мошенничества. Например, украсть бланки «Коул Инвестментс Секьюритиз», скопировать их брокерскую лицензию, разузнать о том, что в компании и правда есть сотрудник по фамилии Ротстейн. Да и говорил Гарольд Лиделоф наверняка более убедительно, чем Андерсен, который только закончил курсы бухгалтера. Мог жонглировать терминами вроде «индекса Доу», показывать динамику курса акций, намекать, что владеет некоторой «горячей» инсайдерской информацией. Наверняка Лиделоф был мозгом предприятия, а Френк Андерсен обеспечивал организацию. Он все схватывал налету, научился очаровывать богатых дамочек, – я покосился на Берди. – Гарольд держался в тени и лишь брал на себя наиболее крупную «дичь».

– Но как эти двое нашли друг друга? – спросил Хопи. – Они никогда не дружили, выросли в разных мирах. В последние годы Гарольд даже не показывался в городе.

– У них есть один общий знаменатель. Оба встречались раньше с Донной Шарп, ныне миссис Темблтон.

– Что?! Вы полагаете, парни основали своеобразный «клуб бывших»? И как вы себе это представляете, Стин? Они вступили в переписку? Случайно встретились на улице? Или Абель Темблтон пригласил на обед соседа, а тут к трапезе невзначай присоединился его бывший служащий, как раз недавно вышедший из тюрьмы… Вы же сами понимаете, какая это ерунда. Темблтоны не общаются с Лиделофами, а мистер Андерсен отказался возвращаться в Колдуотер, когда вышел из тюрьмы… хотя, погодите… Френк же приезжал на похороны матери в прошлом году… Может, тогда и Гарольд был в поместье и решил прийти на поминальную службу. В церкви было полно народу, многие стояли в задних рядах, чтобы проститься. Я, каюсь, не запомнил никого, кто там был, кроме знакомых. Клаудия должна была знать, она занималась похоронами подруги и встречала всех в дверях храма. Неужели из-за этого ее убили? Потому что она видела, как Френк и Гарольд там снюхались?

– Но что могло побудить двух малознакомых людей вступить в преступный сговор? – спросил Монти с адвокатской дотошностью. – И, если я не ошибаюсь, мистер Андерсен был повинен в смерти бабушки мистера Лиделофа.

– Они оба были несчастны, – уверенно заявила Берди, прислушивающаяся к разговору. – Несчастны и одиноки. Ничто лучше не объединяет людей, чем одиночество, так говорил мой папочка.