Может, Берди была вовсе не так безобидна в своей мании, как думала ее мать? Вдруг, узнав правду о своем «возлюбленном», она по-своему решила привести ее в согласие с реальностью. Она сама могла выследить Андерсена со всеми известными ей данными и вызвать его на откровенный разговор, а когда ответы ей не понравились, то убить его, а потом отогнать машину в какой-нибудь заброшенный карьер. Потом она выследила Синди Чен, опять же руководствуясь данными своего сыщика. И убила и ее тоже, чтобы больше ничего не омрачало ее картину мира. Берди легко могла бы войти в здание, где обитала Синди, не привлекая внимания, ведь там жили одни девушки. Не все они знали друг друга в лицо, даже, если бы она столкнулась с кем-то на лестнице, то не вызвала бы подозрений, в отличие от незнакомого мужчины. Я уже видел, как Берди отлично умеет перевоплощаться. Шляпка, скрывающая лицо, боевой макияж, и нет проблем. Секретарши любили ярко одеваться вечерами, в отличие от жительниц Колдуотера.

Часы, подаренные Френком китаянке, вполне могли оказаться часами отца Берди, которые она под каким-то предлогом отдала Андерсену. Об этом можно спросить у Дианы Слокам, что станет неоспоримым доказательством.

А потом что? Берди спокойно выбросила из головы убитого любимого и переключилась на следующий объект фантазий? Я с ужасом подумал, что стоило бы позвонить Уэйду Торбифилу, чтобы убедиться, что пара благополучно переехала, а не найдена избитой и задушенной в своем бунгало.

Но зачем Берди понадобилось убивать мисс Прескотт. Теоретически она вполне могла это сделать. Девушка появилась в отеле в два часа дня, но кто знает, когда она на самом деле прибыла в город. Я читал, что сумасшедшие хитрые и умеют выжидать, но могут легко потерять над собой контроль, потому что живут в постоянном напряжении. Им же нужно все время казаться нормальными.

А Берди было несколько проще. Она была сумасшедшей, которая притворялась чуть менее сумасшедшей. Все в ее близком окружении знали, что она выдумывает свои любовные романы. Синдром Адели Гюго, как сказала Диана Слокам. Но Адель так всю жизнь и продолжала сохнуть по возлюбленному, оказавшись в конце концов в психиатрической клинике. А Берди легко перескакивала от одного выдуманного романа к другому, вполне возможно, именно потому, что физически избавлялась от объектов своих воздыханий, не оправдавших ее ожидания. Заодно она убивала всех, кто был причиной ее фрустрации.

И я мог стать ее новым объектом внимания, а, значит, следующей жертвой. Это как-то я смог бы пережить. Даже было бы неплохо, если бы мисс Слокам нанесла именно по мне следующий удар, потому что пока что не было никаких доказательств. Ее мать встанет горой за дочь. Чтобы узнать имена предыдущих увлечений Берди и их судьбу, потребуется серьезное полицейское расследование, на которое никто не даст санкции только на основе моих подозрений.

А что у меня есть, кроме подозрений? И того факта, что меня нервирует неожиданное появление Берди. На самом деле, я ничего не знаю о психопатах. Например, может ли мания накладываться на следующую манию. Ведь убийство Синди Чен произошло, когда Берди уже воображала себя невестой Уэйда Торбифила. Если у нее был отчет детектива Майоне, почему она ждала два месяца, чтобы расправиться с соперницей.

Я вернулся к изучению записей, постаравшись взглянуть на них непредвзято.

За этим занятием меня и застала компания добровольных сыщиков, вернувшихся после посещения места убийства.

<p>Глава 40</p>

– Это был цирк, скажу вам, – Хопи хлопал себя по ляжкам. – Давно так не веселился. Простите, Марта, – обратился он к новой хозяйке гостиницы, которая зашла к нам, все еще шмыгая носом, чтобы узнать, не нужно ли чего-то подать. – Я вовсе не имел в виду кончину дорогой Клаудии. Но, раз уж вы зашли, не организуете нам несколько стаканов? Да, да, для священной воды.

Хопи подмигнул и извлек из плаща бутылку скотча.

– Вы как, юная леди? Составите нам компанию?

– Зовите меня Берди, – хохотнув, как пароходная труба, ответила девушка. – Хотя я не очень люблю свое имя. Папочка, когда меня назвал, не предполагал, что я так вымахаю.

– В общем, пришли мы к источнику. Народу там, несмотря на понедельник, скопилось, как на рождественской службе. Конечно, шериф ничего не огораживал, они просто забрали тело и сделали снимки, а теперь там все затоптали у берега. Народ несет цветы к месту, где обнаружили тело бедняжки, ведь все в городе любили Клаудию Прескотт. В церкви собираются устроить вечернее собрание, чтобы организовать достойные похороны, поскольку негоже все скидывать на бедную Марту. И никто не сомневается в вине Джессопа. Уверены, что раз человек ненавидел всех, кто ходит к источнику, и сомневался в его исцеляющей силе, то способен даже на убийство. Поэтому все теперь хлещут воду с утроенной энергией. Хотят попросить преподобного Линкольна провести службу у ручья, чтобы изгнать злых духов кровавого убийства. Ох, хотел бы я видеть лицо нашего пастора, когда ему это предложат.