Читаем ТРИПУРА РАХАСЬЯ полностью

70(-71). "Если что-то порождено, то оно не может быть высшей Сущностью. Ибо как высшая Сущность может быть получена снова? Ведь она никогда не может быть получена. Обретение подразумевает получение чего-то, чем ещё не обладают. Разве есть какой-либо момент, когда высшая Сущность - это не она сама? Её невозможно обрести даже с помощью обуздания ума. Я приведу для тебя несколько примеров:

72. "Подобно тому, как вещи, невидимые в темноте, обнаруживаются при устранении тьмы посредством лампы, и поэтому считаются восстановленными из забвения;

73-74. "Так же, как человек, пребывавший в замешательстве и забывший о том, где он положил свой кошелёк, вспоминает о нём и находит его, устранив волнение ума и вернув душевное равновесие, и всё же при этом говорит, что он обрёл потерянный кошелек, хотя уравновешивание его ума не порождало кошелька.

75. "Так и обуздание своего ума - не причина твоей Самореализации; хотя высшая Сущность всегда пребывает там, она не осознаётся тобой даже при обузданном уме, ибо ты не сведущ в ней.

76. "Так же, как грубый человек, не знакомый со структурой общества, не способен распознать ослепительные огни царской палаты, сияющие в ночи, и поэтому при первом взгляде не обращает на это великолепие никакого внимания, так же и ты упускаешь из виду высшую Сущность.

77. "Будь внимателен, дорогой! Пустая темнота стала видимой после того, как ты обуздал свои мысли. В течение короткого времени - после того, как ты обуздал свой ум, и перед тем, как та пустота стала видимой - имеет место состояние, свободное как от усилий, направленных на обуздывание ума, так и от восприятия темноты.

78. "Всегда помни то состояние как состояние совершенного и запредельного счастья. Все люди введены в заблуждение относительно этого состояния, потому что их умы привыкли быть обращёнными наружу.

79. "Хотя люди могут быть образованными, искусными и проницательными, тем не менее, они всё ищут и ищут, только чтобы потерпеть неудачу, и они не пребывают в том святом состоянии.

80. "Они страдают день и ночь, не ведая того состояния. Простое теоретическое знание скульптуры никогда не сможет сделать человека скульптором.

81. "Даже если бы ты был знатоком писаний и наук, хорошо сведущим в теории и обсуждении философии высшей Сущности, то даже тогда ты бы не смог постичь эту высшую Сущность, потому что она не осознаваема, будучи уже осознанной. Реализация обретается не дальними странствованиями, но пребыванием в умиротворённой недвижимости; она обретается не мыслью (умственной деятельностью), а исчезновением мысли.

83-85. "Усилия, направленные на достижение реализации, подобны попытке наступить ногой на тень собственной головы. Усилия всегда будут заставлять тень отступить.

"Подобно тому, как младенец пытается схватить своё собственное отражение, не зная, что такое зеркало, так и обычные люди захвачены своими умственными отражениями на зеркале чистой, сияющей высшей Сущности, не замечая этого зеркала, ибо они не имеют никакого представления о высшей Сущности.

"Хотя люди знают о пространстве, они всё же не знают его, ибо они захвачены объектами, пребывающими в пространстве.

86-88. "Они знают о вселенной в пространстве, но не обращают внимания на само пространство. В такой же ситуации они находятся и по отношению к высшей Сущности.

"Мой повелитель, хорошенько поразмысли над этим! Мир состоит из знания и познаваемых объектов. Из этих двух вещей объекты не являются тобой и воспринимаются чувствами; знание самоочевидно; в отсутствие знания нет мира. Знание - непосредственное доказательство существования объектов, которые поэтому зависят от знания. Знание зависит от знающего в своём существовании. Знающему не требуются никакие проверки, чтобы знать о своём собственном существовании. Поэтому знающий - единственная реальность, стоящая за знанием и объектами. Только то реально, что является самоочевидным и не требует доказательства; остальные же вещи не являются чем-то реальным.

89-91. "Тот, кто отрицает знание, не имеет под собой никакого основания, и, в таком случае, нет возможности для ведения какого-либо обсуждения.

"Вопрос о знании улажен, и тогда возникает вопрос о существовании объектов в отсутствие знания о них. Объекты и знание о них - только отражения в извечном, самосияющем, всевышнем Сознании, которое тождественно знающему, и которое единственно реально. Сомнение, заключающееся в том, что отражение должно содержать в себе все объекты одновременно без учёта времени и пространства (вопреки нашему опыту), не должно возникать, потому что время и пространство сами являются постигаемыми концепциями и в равной мере являются отражениями. Характерная природа всех этих отражений - обратная сторона объектов, обнаруживаемых в пространстве.

92. "Поэтому, царевич, осознай с умиротворённым умом свою собственную истинную природу, которая есть единое, чистое, неразделённое Сознание, лежащее в основе беспокойного ума; из которого составлена вся эта вселенная во всём её разнообразии.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Манъёсю
Манъёсю

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

Антология , Поэтическая антология

Древневосточная литература / Древние книги
Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Низами Гянджеви , Гянджеви Низами

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги