Читаем ТРИПУРА РАХАСЬЯ полностью

20. "И это - не единственный печальный результат деятельности, ибо остаётся ещё более худший - страх смерти, который не может быть уменьшен любым количеством деятельности.

21. "Мои религиозные практики, посвящённые Трипуре, подобны этому. Все эти умственные концепции - всего лишь игры ребёнка.

22. "Практики могут быть в соответствии с Твоими инструкциями, или же чьими-то иными. Опять же, они могут либо сопровождаться аскезой, либо нет, так как шастры по-разному трактуют это.

23. "Медитации также могут отличаться согласно индивидуальным предпочтениям и характерам. Как такое может быть? Преданность столь же несовершенна, как и карма.

24. "Как могут преходящие умственные концепции преданности порождать непреходящие плоды наивысшей Истины? Кроме того, практики продолжительны и регулярны, и, кажется, нет конца этим обязательным службам.

25. "Я заметил, что Самварта, Господь, абсолютно счастлив, будучи совершенно свободным от всякого обязывающего чувства к деятельности и её ужасным плодам.

26. "Он, кажется, смеётся над образом жизни этого мира, и, беззаботный, уверенно шагает вперёд по пути бесстрашия, подобно величественному слону, освежающему себя в озере из тающего снега, когда весь лес вокруг горит в огне.

27. "Я обнаружил его абсолютно свободным от какого бы то ни было чувства долга, и в то же самое время совершенно счастливым в его реализации Извечной Сущности. Как он обрёл то состояние? И что же он говорил мне?

28. "Прошу Тебя, объясни это и, тем самым, спаси меня из когтей монстра по имени карма".

29. Молясь так, он простёрся перед Учителем, обняв Его стопы своими руками.

Наблюдая это поведение Парашурамы и чувствуя, что теперь тот готов к Самореализации,

30. Шри Датта, сама сущность которого - Любовь, мягко произнёс: "О дитя Бхаргава! Удача на твоей стороне, раз твой ум обращён таким образом.

31-33. "Так же, как человек, тонущий в океане, внезапно обнаруживает лодку, спасающую его, так же и твои добродетельные действия, совершённые в прошлом, теперь вознесли тебя к священнейшим высотам Самореализации. Та богиня Трипура - сознательная Сущность сердца, и, поэтому, истинно знающая о каждом всё самое сокровенное - быстро спасает Её непоколебимых преданных из когтей смерти после проявления Себя в их сердцах.

34. "До тех пор, пока человек не слишком сильно боится этой кошмарной одержимости в лице обязательства, до тех пор он не сможет обрести подлинного счастья, будучи похожим на того, кто всегда одержим злым духом.

35. "Как может человек, ужаленный той гадюкой - обязательством, когда-либо быть счастливым? Некоторые люди сходят с ума, как будто некий яд уже попал в их кровь и ужасно мучает их.

36. "В то время как другие одурманены ядом обязательства и не способны отличить хорошее от плохого.

37. "По ошибке они всегда вовлекают себя в деятельность, будучи введёнными в заблуждение; таков скорбный удел человечества, одурманенного ядом чувства долга.

38. "С незапамятных времён люди поглощаются этим ужасным океаном яда, подобно тому, как это однажды приключилось с путешественниками на горной цепи Виндхья.

39. "Страдающие в лесу от голода, они ошибочно приняли обманчивые плоды чилибухи (рвотный орех, Nux vomica) за восхитительные апельсины.

40. "И, терзаемые ужасным голодом, они съели их, даже не замечая горького вкуса этих плодов. И тогда яд этих плодов стал причиной их ужасных мучений.

41. "Поначалу они ошибочно приняли эти ядовитые плоды за съедобные, а теперь, когда их рассудок в дополнение стал ослеплённым ядом этих плодов, они устремились на поиски облегчения этой боли.

42. "И в их агонии они срывали и ели плоды дурмана вонючего (похожих на яблочки, Datura stramonium), считая их плодами сизигиума (Syzygium jambos).

Примечание: дурман вонючий используется для извлечения ядовитого алкалоида. Его плоды или фатальны, или приводят к безумию.

43. "Они обезумели и сбились с пути. Некоторые, ослепнув, упали в ямы или ущелья;

44. "Тела некоторых из них были глубоко исцарапаны шипами; у некоторых оказались покалеченными руки, ноги или другие части тела; другие начали ссориться, драться друг с другом и кричать друг на друга.

45. "Они нападали друг на друга, орудуя кулаками, камнями, метательными снарядами, палками и т.д., пока, в конце концов, придя в полное изнеможение, они не достигли некоего града.

46. "Они оказались у стен града в сумерках, и поэтому стража не позволила войти им внутрь.

47-49. "Не сознавая времени и места, неспособные оценивать обстоятельства, они напали на стражу и были обоснованно побиты и прогнаны; некоторые из них упали в канавы; некоторые стали добычей крокодилов; некоторые упали вниз головой в колодцы и утонули; несколько человек, оказавшихся скорее мёртвыми, чем живыми, были пойманы и брошены в темницу.

50. "Сходная участь ждёт тех людей, которые, будучи введёнными в заблуждение поисками счастья, попали в ловушки главного надсмотрщика за деятельностью. Они сбиты с толку в своём безумии, и их ждёт крушение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Манъёсю
Манъёсю

Манъёсю (яп. Манъё: сю:) — старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев». Составителем антологии или, по крайней мере, автором последней серии песен считается Отомо-но Якамоти, стихи которого датируются 759 годом. «Манъёсю» также содержит стихи анонимных поэтов более ранних эпох, но большая часть сборника представляет период от 600 до 759 годов.Сборник поделён на 20 частей или книг, по примеру китайских поэтических сборников того времени. Однако в отличие от более поздних коллекций стихов, «Манъёсю» не разбита на темы, а стихи сборника не размещены в хронологическом порядке. Сборник содержит 265 тёка[1] («длинных песен-стихов») 4207 танка[2] («коротких песен-стихов»), одну танрэнга («короткую связующую песню-стих»), одну буссокусэкика (стихи на отпечатке ноги Будды в храме Якуси-дзи в Нара), 4 канси («китайские стихи») и 22 китайских прозаических пассажа. Также, в отличие от более поздних сборников, «Манъёсю» не содержит предисловия.«Манъёсю» является первым сборником в японском стиле. Это не означает, что песни и стихи сборника сильно отличаются от китайских аналогов, которые в то время были стандартами для поэтов и литераторов. Множество песен «Манъёсю» написаны на темы конфуцианства, даосизма, а позже даже буддизма. Тем не менее, основная тематика сборника связана со страной Ямато и синтоистскими ценностями, такими как искренность (макото) и храбрость (масураобури). Написан сборник не на классическом китайском вэньяне, а на так называемой манъёгане, ранней японской письменности, в которой японские слова записывались схожими по звучанию китайскими иероглифами.Стихи «Манъёсю» обычно подразделяют на четыре периода. Сочинения первого периода датируются отрезком исторического времени от правления императора Юряку (456–479) до переворота Тайка (645). Второй период представлен творчеством Какиномото-но Хитомаро, известного поэта VII столетия. Третий период датируется 700–730 годами и включает в себя стихи таких поэтов как Ямабэ-но Акахито, Отомо-но Табито и Яманоуэ-но Окура. Последний период — это стихи поэта Отомо-но Якамоти 730–760 годов, который не только сочинил последнюю серию стихов, но также отредактировал часть древних стихов сборника.Кроме литературных заслуг сборника, «Манъёсю» повлияла своим стилем и языком написания на формирование современных систем записи, состоящих из упрощенных форм (хирагана) и фрагментов (катакана) манъёганы.

Антология , Поэтическая антология

Древневосточная литература / Древние книги
Шицзин
Шицзин

«Книга песен и гимнов» («Шицзин») является древнейшим поэтическим памятником китайского народа, оказавшим огромное влияние на развитие китайской классической поэзии.Полный перевод «Книги песен» на русский язык публикуется впервые. Поэтический перевод «Книги песен» сделан советским китаеведом А. А. Штукиным, посвятившим работе над памятником многие годы. А. А. Штукин стремился дать читателям научно обоснованный, текстуально точный художественный перевод. Переводчик критически подошел к китайской комментаторской традиции, окружившей «Книгу песен» многочисленными наслоениями философско-этического характера, а также подверг критическому анализу работу европейских исследователей и переводчиков этого памятника.Вместе с тем по состоянию здоровья переводчику не удалось полностью учесть последние работы китайских литературоведов — исследователей «Книги песен». В ряде случев А. А. Штукин придерживается традиционного комментаторского понимания текста, в то время как китайские литературоведы дают новые толкования тех или иных мест памятника.Поэтическая редакция текста «Книги песен» сделана А. Е. Адалис. Послесловие написано доктором филологических наук.Н. Т. Федоренко. Комментарий составлен А. А. Штукиным. Редакция комментария сделана В. А. Кривцовым.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Пять поэм
Пять поэм

За последние тридцать лет жизни Низами создал пять больших поэм («Пятерица»), общим объемом около шестидесяти тысяч строк (тридцать тысяч бейтов). В настоящем издании поэмы представлены сокращенными поэтическими переводами с изложением содержания пропущенных глав, снабжены комментариями.«Сокровищница тайн» написана между 1173 и 1180 годом, «Хорсов и Ширин» закончена в 1181 году, «Лейли и Меджнун» — в 1188 году. Эти три поэмы относятся к периодам молодости и зрелости поэта. Жалобы на старость и болезни появляются в поэме «Семь красавиц», завершенной в 1197 году, когда Низами было около шестидесяти лет. В законченной около 1203 года «Искандер-наме» заметны следы торопливости, вызванной, надо думать, предчувствием близкой смерти.Создание такого «поэтического гиганта», как «Пятерица» — поэтический подвиг Низами.Перевод с фарси К. Липскерова, С. Ширвинского, П. Антокольского, В. Державина.Вступительная статья и примечания А. Бертельса.Иллюстрации: Султан Мухаммеда, Ага Мирека, Мирза Али, Мир Сеид Али, Мир Мусаввира и Музаффар Али.

Низами Гянджеви , Гянджеви Низами

Древневосточная литература / Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги