Читаем Тринадцать ведьм полностью

— Он арестован. Света его узнала. Они как раз подошли к дому… Света и Гарик. Он вас разнимал. Ты был без сознания, он вызвал «Скорую». Тебя укололи и сказали, что нужен покой. Они решили тебя ко мне. Тебе не больно?

Монах осторожно вдохнул, задержал дыхание, выдохнул.

— Нет, кажется. Сильно он меня?

— Светка говорила, молотил, как боксерскую грушу. Тебе правда не больно? У тебя синяк под глазом и разбита губа. Гарик говорит, шишка на затылке, но я не проверяла.

Монах ухмыльнулся.

— Не больно. — Он потрогал синяк и зашипел от боли.

— Теперь все. Шепель себя выдал, всякие точки расставлены. Он убил жену, его арестовали. И всех остальных тоже он. Завтра… уже сегодня похороны Толи. Не знаю, как я переживу.

— Я пойду с тобой.

— Ты будешь лежать здесь. Не бойся за меня, я выдержу.

— Ты знала, что он убийца? — спросил Монах.

Ида кивнула.

— Откуда? Ты видела его в ту ночь?

Она протянула ему мобильный телефон.

— Вот! Это Шепель, он был в доме, там дата: два часа тридцать минут утра двадцать первого июня. Он был в это время в Зареченске… то есть он так утверждал. Он убил жену, а потом… других.

Она заплакала. Монах погладил ее по голове.

— Тебя это не удивляет? — Она подняла на него заплаканные глаза.

— Я предположил, что существует некая улика, скорее всего, фотография. Иначе он не убивал бы, правда?

— Ты понял, что его шантажируют?

Долгую минуту они смотрели друг дружке в глаза.

— Это самое простое объяснение… — сказал Монах. — Никто не убивает ради убийства. Его шантажировали, но он не знал кто.

— Завтра я увижусь со следователем, — твердо сказала Ида. — Я устала бояться! Я сделала глупость, когда нарисовала знак… качалась на лестнице, страшно боялась свалиться и с бумажки малевала знак. Я вообще боюсь высоты.

— Ты действительно могла свалиться, — сказал Монах. — Знак отличался от других, что сразу бросалось в глаза. Зачем?

— Я совсем запуталась и не знала, что делать. Только после убийства Русланы я поняла, что происходит. Вернее, мне казалось, что поняла. И я заметалась… Когда погиб Толя, я подумала, что нужно подтолкнуть… как-то. Позвала тебя… Света рассказывала, что на месте убийства были знаки, и я нашла их в Интернете. Ты должен был обнаружить знак и сделать вывод, что это убийство. И тогда я бы отдала следователю мобильный телефон… ничего умнее я не придумала. И все стало бы на свои места. Снимок, шантаж и убийства. Терять уже было нечего…

— Ты затеяла опасную игру, — сказал Монах. — Он мог тебя увидеть.

— Какую игру? — не поняла Ида. — Кто мог меня увидеть?

— Разве не ты сделала снимок?

— Я? — удивилась Ида. — О господи, нет! Я попыталась снять салют, но ничего не получилось, какие-то пятна света, кусок стены. А тот снимок я случайно увидела в Толином мобильнике… — Она смутилась. — Понимаешь, я думала, у него кто-то есть, и он хочет со мной развестись, полезла проверять письменный стол и карманы. Как с ума сошла, честное слово! И увидела телефон — он забыл его дома. Там были снимки с юбилея Виктории, и среди них один… Я сразу даже не поняла, что это, а в больнице ночью не могла уснуть, и вдруг меня как обухом по голове: Шепель был в доме в ту ночь! И я подумала: а что, если Толя шантажирует Шепеля, а он не знает кто и убивает всех подряд? Я чуть с ума не сошла от страха! Хотела поговорить с Толей, но побоялась: а вдруг правда? А потом уже было поздно… А тут еще Светка все время повторяла, что нас тоже убьют, что мы следующие, и я стала шарахаться от собственной тени, мне всюду мерещился убийца! И только одна мысль была: уехать поскорее! А ехать уже некуда — Толя сказал, что хочет продать дом, что он потерял много денег, чуть ли не банкрот… Я была уверена, что после развода он оставит мне дом, но он решил иначе. Игорь, его партнер, говорит, никаких финансовых проблем у них не было, Толя обманул меня. Он собирался развестись, продать дом… да еще и Шепеля шантажировал. Я до сих пор не могу поверить! Мы прожили вместе двенадцать лет, когда я заболела, он заботился обо мне… и вдруг решил выбросить меня из своей жизни! Всю ночь в больнице я повторяла: «Зачем ты так со мной? Это всего-навсего маленький домик, он и стоил-то всего ничего, я вложила в него душу, он для меня как… символ жизни! Ты же это прекрасно знал! Я бы не стала цепляться за тебя, ты бы ушел к своей новой женщине… зачем нужна была вся эта грязь и подлость?»

Я даже плакать не могла, только думала, скорей бы конец, и я уеду! Я не верила, что Толя посмеет продать дом. Я сцепила зубы и все время повторяла: «Господи, дай мне сил выдержать!»

Она не удержалась, заплакала.

Монах взял руку Иды и поцеловал. Он поверил ей сразу, и мысль о ее причастности к гибели мужа уже казалась ему нелепой. Он держал ее за руку, под пальцами бился пульс, и он больше не чувствовал в ней страха, а только пустоту и усталость…

— Ида, я помню, ты сказала, что видела кого-то в доме в ночь убийства… — сказал он немного погодя, ему хотелось расставить все точки над i.