Читаем Третья молодость полностью

Следующую поездку — в Пардубице — мы совершили все вместе.

Мой сын, серьёзно отнёсшийся к сравнению лужи и океана, в финансовом отношении уже совершенно не зависел от меня. Мы договорились: он платит в Польше, а я за границами отечества. В то время я как раз огребла неимоверное количество чешских крон за «Леся».

Чуть раньше меня осчастливили сверх всякой меры — «Лесь» вышел в Братиславе огромным тиражом в качестве завлекательного приложения к подписке на книги идеологического содержания, и я могла позволить себе любые траты. Тем более, что совершённый на бегах идиотский поступок взывал о мести.

Происходившее на беговой дорожке я добросовестно и честно изложила в книге «Бега». Абсолютно так все и было. Проклятую чужую программу мне действительно подсовывали пять раз, от чего я пришла в ярость, вместо того, чтобы в ней разобраться и сделать соответствующие выводы. У меня и в самом деле хватило бы денег, чтобы поставить на всех означенных в ней лошадей. Ну, ничего не поделаешь: кого Господь Бог хочет покарать, как известно, лишает разума…

Всех перипетий личного характера не стану вспоминать, от этого худо становится. Марек и Ежи не выносили друг друга, и, хотя старались не демонстрировать своих чувств, то и дело возникали дурацкие недоразумения. Утихомиривать их, заставлять избегать конфликтов — все это у меня уже в печёнках сидело.

Ну, и опять вижу — тема завела меня слишком далеко и пора вернуться назад, на несколько немалых шагов. Катаклизм в моем доме и свадьба Роберта — события потрясающие, хоть и разной природы — произошли раньше…

* * *

На месте вулканизационной мастерской и всяких полуразрушенных сараев построили высотный дом, изменив тем самым водный баланс всего района. Мой дом дал трещину.

Точнее говоря, он начал отходить от соседнего строения, с которым имел общую стену. Такой стены в принципе-то быть не должно. Каждый дом имеет собственную стену, поставленную на собственный фундамент. Отсутствие такой стены, подозреваю, украденной ещё до войны или в сорок шестом году, при движении грунта привело к тому, что здания отошли друг от друга.

Строение всегда даёт трещину сверху, поэтому курьёзнее всего выглядел чердак. А ведь сразу под ним — моя квартира. Перекрытие вылезало из поперечной стены, а с улицы и со двора расширялась трещина. Через трещину не только лил дождь, любой ветер вметал в комнату мусор со двора. Справилась я с этим бедствием так: позатыкала трещину паклей, и по квартире циркулировал свежий воздух без всяких нежелательных примесей.

Опасность не угрожала: перекрытия опирались на продольные стены, из поперечных они могли вылезать сколько угодно, мне на голову все равно ничего не рухнет, самое большее — установится непосредственный контакт с соседями. Раздражал только щебень, обильным потоком низвергающийся в квартиру. Я даже требовала от администрации что-нибудь предпринять, прекрасно понимая, сколь это безнадёжно, — что они могли сделать? Вообще-то полагалось бы снизить квартплату, да подобные радикальные меры не укладывались в возможности ни администрации, ни нашего государственного строя. Пакет со щебнем я водрузила на стол пани администраторше исключительно для собственного удовольствия, а вовсе не в надежде на результат.

Однако наступил некий революционный перелом, и после десяти лет колебаний, страусовой политики и противоречивых решений было принято великое постановление о генеральном ремонте всего здания — фасада и флигеля — с подключением центрального отопления и горячей воды.

Мне как раз попало в руки официальное письмо, где я объясняю причины несоблюдения мной договорного срока сдачи книги «Колодцы предков». Охотно цитирую:

"…с самого начала текущего года в моем доме идёт генеральный ремонт. На разных этажах постоянно работают по меньшей мере два пневматических бура (не говоря уже о других удовольствиях), а посему условия труда у меня практически отсутствуют. На многочисленные просьбы о временной квартире как в управлении жилыми зданиями, так и в районном жилищном отделе мне предложили переехать в так называемую времянку, лишённую элементарных санитарных удобств. Общая уборная и душ в коридоре, то есть условия, близкие к условиям проживания индивидов, нежелательных в столице. Я не совершила никакого преступления, чтобы терпеть такое наказание, а посему отказалась от переселения.

…ремонт идёт уже в моей квартире, я нахожусь в эпицентре циклона. Пребываю в нем и поныне, ибо всецело завишу от продвижения строительных работ…

…между прочим сообщаю: в предлагаемой времянке водятся клопы".

Между нами говоря, в мою квартиру ремонт вторгся в самый последний момент и исключительно потому, что у меня всегда легко устанавливалось взаимопонимание с созидающим рабочим классом.

Хуже ладилось взаимопонимание с собой, сдаётся, я в тот момент уже в конец ошалела и сотворила несусветную глупость.