Читаем Третья молодость полностью

— Не хочу тебе мешать, дорогой, — обратилась я к нему ангельским голосом, — но ведь не обязательно протирать стекло до дыр…

Лишь тогда он опомнился. (В скобках сообщаю: я могу писать про Марека все, что угодно, он наверняка этой книги не прочитает. Не знаю, по какой причине, но все мои мужчины, несмотря на диаметрально разные характеры, равно на дух не принимали мои литературные опусы).

* * *

В Вену я отправилась без Марека. Покончу сразу со всеми поездками, чтобы добраться наконец до вылазки в Советский Союз. Возможно, хронология опять захромает, но о русском путешествии следует сказать особо. Дат я не помню, а посему отработаю всю тему оптом.

Итак, в Вену мы отправились втроём — с Ежи и его невестой. Выехали согласно плану, ибо Марек в мероприятии участия не принимал. Невеста приехала из центра, Ежи открыл ей дверь и обратился ко мне:

— Мама, посмотри на её голову, это называется дорожной причёской…

Я взглянула, и мне сразу вспомнилась похожая куафюра, виденная в Копенгагене. На Строгете в разrap туристского сезона двигалась толпа, и передо мной в этой толпе шло нечто, выглядевшее как огромная позолоченная дыня. На солнце сверкало — аж глаза резало. Я догнала дыню из любопытства. У экстравагантного модника волосы цвета спелой соломы, завитые спиралями, торчали вокруг головы во все стороны. Моя будущая невестка отличалась только тем, что была покрашена в рыжий цвет. К счастью, красота её позволяла любые эксперименты, и все ей шло.

В Братиславе в пять часов пополудни нас ждала на обед Хильда Холинова. Мы успели бы, если бы в Чешине на мосту таможенники не поймали контрабандистов, а посему всех прочих завернули обратно. Пришлось ждать проезда два с половиной часа. Проверяли нас три минуты, после чего я постаралась опередить весь грузовой транспорт, дабы эти громадины не маячили у меня перед носом на горных поворотах. Манёвр удался, я вырвалась вперёд и ехала спокойно, довольная, без спешки, потому как на обед мы все равно опаздывали.

Вдруг, услышав гудки, я взглянула в зеркало заднего обзора и увидела настоящее чудовище. Я прибавила скорость — на кой черт было вырываться вперёд, если теперь меня обгонит жуткий грузовик. Он явно блокирует мне дорогу, и я перестану что-либо видеть впереди. Я дала по газам, оторвалась, миновала поворот, а на прямом отрезке дороги чудовище снова начало меня догонять. Пришлось ещё прибавить скорость. Огромная махина как ни в чем не бывало держалась прямо за мной. Я рванула солидно…

Чего только не вытворяла я в этой гонке через горы, слов не найдёшь для описания. Волосы встают дыбом. Нарушая все существующие правила, я переезжала на встречную полосу на поворотах, когда ничего впереди не видишь, и даже в гору, только бы удрать от этого типа — я просто начала бояться. Грузовик упорно преследовал меня. Я бы махнула рукой на всякие намерения ехать впереди и охотно пропустила его, да не решалась со страху. Я сильно подозревала, что у него на уме коварные замыслы. Вырвется вперёд, а затем потащится на сорока километрах, загораживая мне дорогу, черт те что ещё удумает, возьмёт да спихнёт меня с трассы.

На поворотах и в гору мне удавалось немного оторваться от противника, на прямой он меня догонял. Своей паникой я заразила и детей. Ивона жалобным голосом утверждала, что спиной чувствует злобные намерения грузовика. Ежи на развилке с беспокойством сказал:

— Мать, головой ручаюсь, ему надо в Прагу и только из-за нас он свернул на Братиславу. Пропусти ты его…

— Ох, сын, я бы с удовольствием, но только я чертовски его боюсь…

— Все боятся…

Начало смеркаться. Страх мой все возрастал. Горы кончились, на равнине я попыталась сбежать, нажимая на педаль до упора. Наконец впереди справа показалось множество огней — заправочная станция с авторемонтной мастерской, закусочная с большой стоянкой, много машин. Я с облегчением вздохнула: на глазах у людей этот монстр не решится причинить мне зло; я резко повернула вправо и затормозила у обочины. Чудовище с громыханием проехало мимо и остановилось в пятидесяти метрах дальше на стоянке перед закусочной.

Не будь я до такой степени охвачена слепым страхом, я вышла бы и поздравила водителя. Гениальный тип! Ведь я ехала на легковом «фольксвагене», который прекрасно ходит по горам, а он пер на фургоне гигантских габаритов! Водитель заслуживал искреннего восхищения. Да какие уж тут вежливые восторги, я воспользовалась ситуацией и сбежала.

Из-за этой страшной игры в догонялки мы опоздали на обед к Хильде всего лишь на сорок пять минут…

В Вене мы планировали провести четыре дня, в том числе субботу и воскресенье. На дела остались четверг и пятница. Из этих дел помню только покупку марок, визит к приятелям и посещение рысистых испытаний. Однако хлопот было по горло, и я постоянно спешила без роздыху.