Читаем Тор. Трилогия полностью

Ну и пятое – Васильев-Хакаранда зарекомендовал себя как смелый человек, который прикрывал меня и пару раз спас от верной смерти. Поэтому я могу на него положиться, и ему можно довериться, опять же поправка, в рамках разумного. А поскольку напарник мне нужен, то им может стать майор. Правда, о моих находках и трофеях он наверняка сообщит своему начальству. Но прямо сейчас мне это ничем не грозит, ибо империя очень далеко. Хм! Краем промелькнула мысль, что если сейчас пристрелить посланца императора, то я оборву ведущую к себе ниточку. Но тут же пришла другая думка, что мне это ничего не даст, и не надо суетиться там, где не нужно.

Это основное. Поэтому, когда я окончательно успокоился и убрал «штейр» в кобуру, то подумал, что слишком много на меня всего свалилось, и сказал:

– Сейчас я не могу покинуть Аякс. Но я не против встречи с императором. Ты прав, мы родственники и он мне интересен – живая легенда все-таки. Так что отправимся в путь сразу, как только появится такая возможность. Кстати, ты остаешься со мной?

– Я тебя услышал, Тор. И я буду рядом с тобой столько, сколько нужно. – Майор кашлянул в кулак и добавил: – Не только потому, что так приказал император. Но и потому, что ты мне нравишься, и я воспринимаю тебя как командира, которому не зазорно подчиняться.

Я молчал. Однако Васильев не успокоился и сказал:

– Теперь твоя очередь, Тор.

– О чем ты? – Я не сразу понял, к чему он ведет.

– Я жду объяснений и хочу узнать, что на самом деле произошло на объекте «Х».

Я ухмыльнулся и провел ладонями над затухающими угольями костра:

– Что же, майор. Ты меня ошарашил, так что готовься. Сейчас и я тебя удивлю.

– Попробуй.

Васильев улыбнулся, и я заговорил. А когда закончил, то увидел на лице майора такое дикое удивление, какого давно ни у кого не видел. Глаза, словно крупные монеты, рот был раскрыт, а руки лежали на коленях и слегка подрагивали. Попал! Есть! Имперский гвардеец соображал хорошо и выводы из моего рассказа сделал быстро. Хотя про станцию гиперсвязи, например, я ему ничего не сказал. Да и космодрома коснулся вскользь. Однако этого хватило, и, кинув взгляд на коммуникатор, я отметил, что время за полночь. После чего завернулся в спальник и бросил Васильеву:

– Хватит, майор. День сегодня на события богатый был. Даже чересчур. Пора спать. Завтра снова в путь.

– Ага! – Он слегка кивнул головой и добавил: – Я еще немного посижу и подумаю над тем, что ты мне рассказал.

– Это хорошо. Подумай, гвардеец.


Глава 22


– В общем, так, господа, здесь все свои, у нас общий интерес, и мы знакомы не первый день, поэтому говорить буду прямо и по существу.

Я оглядел людей, которых собрал на совет в своей комнате. По левую руку от меня Валеев, который стремительно превращается в фермера и снабженца всей группы. Дальше Бялецкий, мой представитель по торговым сделкам с родом Кавер и, если говорить военным языком, заместитель командира части по боевой подготовке. За ним Симмонс, который не желает сидеть на ферме и вновь собирается перебраться в Санта-Урмину, где ему весело, легко и комфортно. Ну а справа Рауль Хакаранда, он же майор в отставке Илья Васильев, фактически мой телохранитель. Больше мне положиться не на кого. Разве только на Пабло Бриана, который мне обязан, но он, сопляк, копается с древними коммуникаторами и планшетами, вот пусть этим и дальше занимается. А еще есть Фредерик Ольсен, но он гражданский человек, поэтому ничего не решает и права голоса не имеет.

Соратники-подельники на мои слова только согласно покивали, и я продолжил:

– Крайний рейд нам прибытка не принес. Убиты три поисковика и шесть человек ранены. Потеряны два разведывательных колесных дрона и броня побита, а добыча мизерная. Но не все так плохо, как может показаться. Мы провели разведку, и я пришел к выводу, что если и бродить по горам, то небольшими группами. Поэтому в следующий рейд к КП 79-го корпуса я пойду с Раулем, и на связь мы выходить не будем долго. Месяц-два, а то и больше.

– Как так?! – сразу же возмутился Бялецкий. – А мы чем заниматься станем?

– В самом деле, – поддержал его Симмонс, – что за чепуха? Или, может быть, ты собрался распустить группу? Так не проблема, скажи, и мы разбежимся.

– Стоп! – Я приподнял правую ладонь и дождался, когда камрады затихнут. – Группу распускать я не собираюсь и даже, наоборот, хочу увеличить численность бойцов, а значит, что дело всем найдется. Так что нечего зря кричать. Готовы меня выслушать?

За всех ответил Валеев:

– Говори, Тор.

– Тогда распоряжения будут следующие. Ахмед, ты по-прежнему крутишь дела с аборигенами. Сержант, – кивок Валееву, – на тебе снабжение группы, ремонт и обслуживание техники и будь готов к тому, что на твоей ферме поселятся новые бойцы. Симмонс, ищи адекватных и опытных поисковиков-одиночек, надо полтора-два десятка крепких мужчин, набор начинай через месяц, раньше не надо.

Камрады переглянулись, и Симмонс, хлопнув в ладоши, с улыбкой поинтересовался:

– А деньги на вербовку и житье-бытье откуда?

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное