Читаем Том 9 полностью

Гладстон внес свой бюджет. Нам случалось наблюдать, как два петуха на гумне силятся перекричать друг друга; нечто подобное этой сцене напоминает состязание в палате общин двух канцлеров казначейства — бывшего {Дизраэли. Ред.} и нынешнего, — с той лишь разницей, что наш вигский боевой петушок заимствует некоторые ноты у консервативного индюка. На прошлой неделе мы рассмотрели ту часть финансового плана г-на Гладстона, которая касается государственного долга, и показали, что она — лишь жалкая попытка увильнуть от обсуждаемого вопроса, простое средство удовлетворить ростовщиков, биржевых дельцов и торговцев, удешевить и облегчить для них заключение сделок {См. настоящий том, стр. 44–49. Ред.}. Сегодня мы увидим, что рассматриваемый бюджет представляет собой классовый бюджет, бюджет буржуазии, написанный пером аристократа. Приведем сначала краткий обзор этого примечательного проекта:

I. О расходах и доходах. Канцлер констатирует, что государственные расходы текущего года будут превышать расходы прошлого года на 1400000 фунтов стерлингов!! Весьма многообещающее начало для бюджета, который является прологом к финансовой реформе! Не менее утешительны причины этого роста расходов.

Сюда относится увеличение расходов на военно-морской флот на сумму в 617000 ф. ст., на армию и интендантство — на сумму в 90000, на артиллерию — на сумму в 616000, на милицию — на сумму в 230000 фунтов стерлингов. В то же время на школьное дело — орудие просвещения и цитадель знания, — отпускается дополнительно только 100000 фунтов стерлингов. Вся сумма расходов государства определяется на текущий год в 52183000 фунтов стерлингов. Вся сумма доходов — в 52990000 фунтов. Таким образом, получается превышение доходов в 807000 ф. ст., из которых, однако, 100000 ф. ст. уже изымаются на расходы по морским почтовым перевозкам. Весь реальный излишек составит в конечном счете 500000 фунтов стерлингов. Перейдем теперь к

II. Финансовому проекту. Здесь канцлер имеет в виду, во-первых, подоходный налог, не делая при этом различия между постоянным и непостоянным доходом. Он предлагает по истечении двух лет понизить налог с 7 до 6 пенсов с фунта, затем по истечении последующих двух лет произвести новое понижение— с 6 до 5 пенсов, на трехлетний срок распространить налог на Ирландию и снизить подлежащую обложению сумму до 100 ф. ст. годового дохода. Это, уверяет он, «не коснется рабочей среды». С доходов от 100 до 150 ф. ст. устанавливается плата лишь в 5 пенсов с фунта. В результате налоговое бремя богачей будет облегчено путем переложения его на менее состоятельные слои. Богатый торговец станет платить меньше, но зато небогатому лавочнику придется платить и в тех случаях, когда он раньше был свободен от прямого обложения. Сомнительная справедливость! Правда, в течение 4-х лет человек с доходом в 100 ф. ст. будет платить с фунта на 2 пенса меньше, чем обладатель дохода в 150 или 150000 ф. ст., но по истечении этого времени они будут платить одинаково, а уже через два года богатые выгадают от понижения размера налога, осуществленного за счет обложения и менее состоятельных слоев. Нашим взглядам на налогообложение более соответствовало бы введение прогрессивного подоходного налога, при котором процентная ставка повышается вместе с суммой дохода, ибо для человека, получающего ежегодный доход в 10000 ф. ст., 10000 пятипенсовых монет имеют меньшее значение, чем 100 таких же монет для человека, получающего ежегодный доход в 100 фунтов стерлингов. Но уж такова финансовая политика вигов: прибегая к показным, ничтожным полумерам, действуя окольными путями, они постепенно, но неуклонно облегчают налоговое бремя богатых и перекладывают всю тяжесть его на бедных. Что же касается утверждения, будто подоходный налог не затронет рабочих, то это явный абсурд: при существующей у нас в настоящее время социальной системе предпринимателей и наемных рабочих буржуазия в случае дополнительного обложения всегда компенсирует себя понижением заработной платы или повышением цен.

Во-вторых, канцлер переходит к налогу на наследуемое имущество. Он облегчает положение зятьев и невесток, уменьшая для них налог «на родственников» с 10 до 7 % — бесконечно малая подачка! — и включает в сферу действия этого налога все виды собственности, причем налог на подлежащую обложению собственность определяется доходами, которые она приносила при жизни владельца. За счет этого Гладстон увеличивает сумму налогообложения страны на 2000000 ф. ст. и хвастается тем, что поддерживает интересы ремесла и промышленности в противовес землевладению. Этот пункт имеет принципиальное значение и является существенной уступкой, вырванной у монополии землевладения развитием промышленности и торговли. Мы повторяем: это — уступка, но такая уступка, которую легко обойти, что, по всей вероятности, заранее и входило в расчеты землевладельческих законодателей финансового мира.