Читаем Том 3. Долина смерти полностью

Друзья решили в город не заходить, а идти прямо к цели. Все необходимое у них было в чемоданах. Запасливый Митька даже соли не забыл захватить из Москвы… Охота могла им вполне обеспечить мясное питание; ягоды, дикие фрукты и плоды, которые, по уверению Вострова, встречаются в Абхазии чуть ли не во всякое время года, могли им обеспечить питание растительное. Однако, пройдя немного в удушливо-знойной атмосфере зарослей, они решили с чемоданами распрощаться.

– Это меня возмущает… – пропыхтел Митька, обливаясь потом и под «этим» подразумевая чемодан. – Его вес превышает вес его содержимого… Бросим чемоданы здесь…

Безменов не возражал против сути Митькиного предложения, но, как более выносливый и дальновидный, он советовал не торопиться. Лишь когда заросли орляка кончились и когда с вершины плоскогорья четко представились с одной стороны, восточной – далекие, залитые солнцем вершины гор, с другой, западной – утопающий в зелени город, Безменов остановился и опустил чемодан на землю.

– Ну, Митяич, – лукаво сказал он, – решай: будем заходить в город или пойдем прямо? В городе, я уверен, сидит и ждет нас гражданин Сидорин, а там… – Он махнул на восток на бесконечную гряду гор. – Там мы можем встретить двойной сюрприз…

– Какой это двойной?.. – быстро спросил Востров, вонзая раскосые глаза в загадочные глаза рабфаковца. – Детрюитная руда – это один сюрприз, а другой?..

– О другом я пока не имею права говорить и, кроме того, не люблю ошибаться. Скажу в дороге, если этот второй сюрприз не явится сам пред наши ясные очи…

– Это меня возмущает… – сердито вымолвил Митька, громыхая створками чемодана и вышвыривая из него все содержимое на землю. – Ну, если не скажешь, не скажу и я: у меня тоже есть сюрприз..

– Твой-то сюрприз я знаю… – усмехнулся Безменов.

– А вот и не знаешь!.. – Митька хлопнул себя по отдувавшемуся карману.

– Выкладывай, выкладывай… – смеялся зоркий рабфаковец. – Твой сюрприз как раз теперь нужен нам: мы должны познакомиться с Сухумской бухтой.

– Вот черт!.. – Митька выругался и вытащил из кармана раздвижную подзорную трубу.

Безменов взял трубку и, посмотрев через нее на далекое море, сказал:

– Она (трубка) наводит меня на такого рода соображения: мне кажется, при помощи этой трубки бандиты следили отсюда за нашей лодкой. И отсюда же они открыли потолок в подводной башне, когда настал нужный для этого момент.

Соображения Безменова подтвердились самым неожиданным образом. Когда они для выпотрошенных чемоданов искали укромное местечко среди каменных плит, под одной из них открылось углубление. В углублении торчали два заржавленных рычажка: один из них был опущен вниз, другой стоял на месте.

– Ну вот… – удовлетворенно произнес Безменов, которого, казалось, ничто не могло удивить. – Возьми трубку и смотри в нее, смотри на ту часть моря, что находится против крепости, саженях в 50 от берега… Видишь?..

– Ну, вижу…

Безменов дернул за рычажок.

– Теперь что видишь… Передавай своими словами…

Митька испустил возглас удивления и после того начал «своими словами».

– Вода в указанном тобою месте заволновалась… забурлила… Взревевшей фистулой вдалась в глубь моря… Открылась черная бездна.

– … Положим, бездны-то ты не видишь… – пробормотал Безменов, держа руку на рычажке.

– Не вижу, но хорошо представляю… ярко представляю… – отпарировал Востров и упрямо продолжал: – Открылась черная бездна, подобная глубокой страшной ране, произведенной разрывной пулей во внутренностях человека… Водоворот вокруг бездны все более и более увеличивается в диаметре… Пошли пузыри… громадные пузыри… словно хирург вскрыл гангренозный шумящий гнойник… Где-то загудело… Затряслась гора под нами…

С последними словами Дмитрий Востров, бросив трубку Безменову, сломя голову ринулся вниз с наблюдательного пункта к яркоцветному ковру, которым кончалось плоскогорье.

Рабфаковец не сразу поставил рычажок на место. Он сделал это, когда сзади него, в зарослях орляка, где скрывалось выходное отверстие из подземелья, заревела вода, гейзером-фонтаном извергаясь вверх.

– Для чего ты это сделал? – спросил Востров спустя десять минут, то есть когда Безменов догнал его. – Для чего ты это сделал?.. Хотел, чтобы гора взорвалась вместе с нами?..

– Нет, – усмехнулся Безменов, – просто хотелось лишнюю свинью подложить Сидорину…

Между тем солнце добралось в лазурном куполе до высшей точки и жгло поэтому нещадно. Митька выявил себя необыкновенно стойко к этому солнцепеку, он шел, даже покряхтывая от удовольствия, как в бане на верхней полке.

– Люблю, – ворковал он растроганно, – люблю, грешным делом, животворное солнышко… Лучшее лекарство… Лучшее предохранительное средство от всех болезней… Проникает глубоко в кожу, дезинфицирует кожу и кровь, через нее протекающую; закаляет нервы, вызывает усиленное образование железа в организме и прочая и прочая…