Читаем Токей Ито полностью

К вечеру опять разыгралась буря. Ветер бился о палисад и стены блокгаузов. Неожиданно с оглушительным грохотом с крыши башни обрушились во двор доски. Послышались голоса, то и дело заглушаемые яростным дыханием прерии. Вот уже застучали первые капли дождя, и со следующим ударом сердца почудилось, что тучи разверзлись и с неба хлынули потоки воды. Тотчас же двор затопило. Сквозь узенькое оконце в подвал брызнула струя воды, оросив пыльную землю, не желавшую ее впитать. Ливень забарабанил по крышам.

Буря улеглась столь же внезапно, сколь и поднялась. Не прошло и двух минут, как дождь сначала поутих, а потом и вовсе перестал; ветер умолк. С крыш дружно закапало в лужи на затопленном дворе. Люди отважились выйти из домов и зашлепали по воде, поднимая сапогами брызги. Судя по голосам, они столпились вокруг башни. Стали подбирать сорванные бурей доски; Токей Ито понял, что они немедленно примутся ее отстраивать.

По-видимому, вода начала уходить со двора; струя, брызжущая в подвал, постепенно становилась все тоньше, наконец совсем иссякла, и в подвал закапали отдельные капли. Токей Ито жадно вдыхал пряный воздух, прохладный и живительный, который теперь проникал и к нему в темницу, овевая его измученное оковами тело.

Вечером открылся люк в потолке. Вниз опустили лестницу из березовых стволов, и Токей Ито увидел, как по ступенькам спускаются ноги в кавалерийских сапогах. Он сразу понял, что это не приземистый, коренастый тюремщик. Он поднимал глаза, пока не заметил белокурый вихор. Дакота узнал этого вольного всадника, это был Адамс. Узника охватило странное, неопределенное чувство, в котором ожидание смешивалось с глубоко укоренившимся недоверием.

Молодой человек принес воду и солонину.

– Наконец-то Томас и Тео все подготовили, – сказал он. – А то они мне все покоя не давали, они ведь знали тебя еще мальчишкой и хотели тебя освободить. Все уши мне прожужжали. Вот, возьми, – вытащил он из кармана какой-то инструмент, – напильник. К замку мы подобраться не смогли. Тебе надо перепилить одно звено цепи; она не толстая, так что к полуночи справишься. Будь готов к этому времени. Томас дал знать людям Бобра. Они для вида предпримут попытку нападения с востока, чтобы отвлечь часовых. Тем временем Бобр один через западные ворота проникнет к подвальному окну и вызволит тебя. Дозор на башне буду нести я, на часах в переднем дворе будет стоять Тобиас, за лошадьми после полуночи будут присматривать Томас и Тео. Думаю, все должно удаться. Ты согласен?

– Да. А что случилось с двумя старейшинами Совета, которые приехали в форт вместе со мной?

– Их убили в тот же день. Они безрассудно вздумали сопротивляться.

– А Красный Лис здесь?

– Да. Спит в комендатуре. Это единственная опасность. Но, думаю, наша вылазка его отвлечет. Итак, в два часа ночи. Напильник потом возьмешь с собой, он мой, и лучше будет, если он больше не попадется никому на глаза.

Токей Ито посмотрел на светловолосого солдата:

– Почему ты мне помогаешь?

– Почему? Потому что с тобой поступили подло… Томас и Тео правы.

– Смит еще жив?

– Разбит параличом, сознание его путается. Его сразил удар. Он нарушил приказ командира и потому пребывает под арестом. Его дочь ухаживает за ним. Она теперь тоже всего-навсего бездомная сирота. Но держится девица стойко. У нее хорошие задатки.

– Ты ищешь золото, Адам Адамсон.

– Помнишь, что я однажды тебе сказал?

– Да, помню. Думаешь, Токей Ито заплатит тебе за помощь?

– Не вздумай повторить это, дакота! – вспылил Адамс. – Я не подлец.

– Хорошо. Но ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь? Ты предаешь бледнолицых, свой собственный народ.

– Называй как хочешь.

– Ты предаешь их и все-таки хочешь остаться с ними?

– Примерно так. Надо суметь искупить вину и не убегать сразу же от своих соплеменников – я ведь не индеец.

– Хау. Если мне удастся бежать, я возьму с собой твой напильник, чтобы тебя не выдать.

Адамс кивнул и ушел, унося миску и кружку.

Сердце у пленника забилось сильнее. Не двигаясь, он по-прежнему сидел у бревенчатой стены, пока совсем не стемнело и снаружи все не смолкло. Тогда он достал напильник и принялся скованными руками перепиливать цепь. Работа шла с трудом, но, чтобы достичь цели, у него было несколько часов. Еще до полуночи он сумел разъять цепь. Но расстегнуть наручники ему не удалось.

Токей Ито стал ждать. Он был готов к бегству.