Читаем The lust (СИ) полностью

Больше Хосок вопросов не задает. После уроков Юнги отпускает шофера и идет в парк, где Хосок носится со знакомыми ребятами, а Юнги, присев на скамейку, ест мороженое и думает о том, как же его угораздило. Он даже имени его не знает. Ничего. Но стоит незнакомцу появиться в поле зрения, как все вокруг замирает. Будто никого, кроме того парня, для Юнги не существует. Мин понимает, что это неправильно, что так нельзя. Нельзя влюбиться в человека своего пола. Не та страна и не та семья, где его могут понять. И ему страшно. Мин понимает, что это самая большая глупость, которую он мог сделать, но поделать с собой, точнее, со своим сердцем, ничего не может. Забыть его не удается.

Так Мин и живет следующие два месяца — лелеет и взращивает в себе любовь к парню, который даже взглядом его ни разу не удостоил. Юнги рано ложится по вечерам, чтобы быстрее наступило утро, а потом бежит в школу и везде ищет его. Он уже наизусть выучил его расписание и узнал, что парня зовут Шон. Каждый день Юнги проводит в трепетном ожидании случайного столкновения, а каждую ночь убеждает себя в том, что это неправильно и надо забыть о Шоне. Мин даже начинает приглядываться к одноклассницам, хочет проверить себя, вот только у всех девочек в голове Мина лицо Шона. Юнги смиряется и начинает вместо таинственного незнакомца отныне рисовать портреты Шона.

***

Мин сидит в огромной комнате Хосока на полу и проигрывает другу очередной раунд.

— Все! — Хосок отбрасывает джойстик и прислоняется к кровати. — Я больше с тобой не играю. Ты летаешь где-то, и я понимаю, что тебе не хочется говорить, но я твой друг и имею право знать.

Юнги тяжело вздыхает и тоже откладывает джойстик. Говорить Хоупу о Шоне он боится. Юнги стыдно, ему кажется, что друг выгонит его из дома и больше никогда даже здороваться с ним не будет.

— Все нормально, у меня в семье проблемы, — пытается отмазаться Мин.

— Не начинай, а. У тебя всегда были проблемы в семье. Я не хочу навязываться, но я думал, что мы друзья. Меня то, что ты скрываешь что-то, что тебя грызет изнутри, обижает. Прости за резкость, но тогда и я буду вести себя с тобой также, — Хоуп обиженно отодвигается от друга и впивается взглядом в гитару в углу.

— Хосок-а, есть вещи, о которых не расскажешь, — грустно тянет Мин.

— Да перестань! Ты убил кого-то? Я даже это пойму! Потому что я знаю тебя уже столько лет, и если ты убил кого-то - значит так надо было! — искренне негодует Хосок.

— Я влюбился, — не выдерживает Юнги и друг присвистывает.

— Я ее знаю? Кто она? Из нашей школы? Когда познакомишь? — без остановки тараторит Хоуп, а потом заметив подавленное настроение друга, замолкает.

— Это не взаимно? — вздыхает Хосок.

— Это парень, — говорит Мин и утыкается в изгиб локтя, боясь, что не выдержит осуждения во взгляде друга.

Юнги приходится все-таки поднять голову, потому что Хосок начинает истерично смеяться и биться в припадке на полу.

— И это твоя тайна? — Хоуп утирает рукавами кофты выступившие от смеха слезы.

— Ты что не понял? Он парень! — все еще не понимая реакцию друга, повторяет Мин. Хосок снова заливается смехом и даже опрокидывает пустые бутылки из-под колы со столика рядом.

— Послушай, — Хоуп подползает к все еще ошарашенному Мину. — Мне плевать на все эти предрассудки. Ты ведь не в меня влюбился? — подмигивает Хоуп и получает легкий удар в плечо.

— Ты серьезно? Ты все равно будешь дружить со мной? — переспрашивает Мин.

— Конечно буду, идиот! Пошли обедать, и все расскажешь поподробнее, — Хоуп встает и тянет за собой Юнги.

День, проведенный с Хосоком, официально отправляется в копилку лучших дней Юнги. Мин всю дорогу до дома напевает свою любимую песню и в сотый раз радуется тому, как повезло ему с другом.

Вот только стоит машине въехать во двор особняка Чон, как все прекрасное настроение Мина улетучивается. Перед особняком стоит желтый феррари Чонгука. Уже почти девять вечера, и Мин удивляется, с чего это брат вернулся домой, когда вечер только начался. Юнги минует пустую гостиную и старается незаметно пробраться на кухню за колой, потом можно запереться у себя и больше не спускаться. Юнги достает из холодильника две банки колы и, только закрыв дверцу, замечает прислонившегося к дверному косяку Чонгука. Чон видно только из душа - у него мокрые волосы, и одет он в одни спортивные штаны, висящие на тазобедренных косточках. Юнги залипает на подкаченной фигуре брата и несколько секунд не может отвести взгляда от мощной груди.

— Где ты шатаешься так поздно? — спрашивает Чон и пятерней зачесывает влажную челку назад.

— У друга, — отвечает Мин и пытается обойти преградившего выход брата. Чонгук хватает младшего под локоть и возвращает обратно на место.

— Что, вырос? Ни с кем больше не считаешься? Не думай, что я забыл о тебе, — шипит Чонгук и, отняв у Юнги колу, выходит из комнаты. Через минуту на кухню вбегает раскрасневшаяся Мона.

— Привет, — говорит Мин, но сестра не отвечает. Юнги уверен, что сестра плакала, это видно по покрасневшим глазам. Она наливает себе в стакан воды и жадно его опустошает.

— Все нормально? — не сдается Мин.