Читаем The Graet Sea полностью

имеют среди них мастеров всех искусств и ремесел самых превосходных, и особенно маранцев, в последнее время изгнанных из Испании и Португалии, которые, к большому ущербу и вреду христианства, научили турок разным изобретениям, ремеслам и двигателям войны, как делать артиллерию, аркебузы, порох, дробь и другие боеприпасы; Они также наладили там печатание, не виданное прежде в тех странах, с помощью которого в красивых знаках они вывели на свет разные книги на разных языках, как греческий, латинский, итальянский, испанский и еврейский, являющиеся для них естественными.60

Османы, управлявшие огромными территориями, где мусульмане составляли меньшинство, спокойно относились к присутствию евреев в своих владениях, с учетом обычных ограничений, налагаемых статусом дхимми. Салоники (Салоники) стали особым центром расселения.

Многие из изгнанников восприняли изгнание из Испании как знак того, что невзгоды Израиля не только не усугубятся, но и скоро закончатся, когда евреи будут искуплены под руководством Мессии. В этом духе некоторые из них отправились на землю своих далеких предков, поселившись в Цфате на холмах Галилеи, где они также охотно открывали ткацкие мастерские и другие предприятия. В то же время они погрузились в изучение каббалистических текстов и создали литургическую поэзию, которая широко распространилась по всему Средиземноморью и за его пределами. Один из их раввинов, Яков Бераб, проделал путь из Македы, близ Толедо, в Фес, затем в Египет и, наконец, в Цфат, где мечтал восстановить древний еврейский совет мудрецов, Синедрион, в качестве прелюдии к мессианскому веку.61 Когда изгнанники отправлялись на восток, они несли с собой воспоминания об Испании, или, на иврите, Сефараде. Многие из этих сефардских евреев на протяжении столетий продолжали говорить на испанском языке XV века, который они распространяли в еврейских общинах Османской империи и Северной Африки. Этот язык часто называют "ладино", хотя он приобрел лексику и из других языков, таких как турецкий. Широкое распространение ладино среди средиземноморских евреев было частью акта культурного империализма, в ходе которого сефарды также навязали свою литургию и практику евреям Греции, Северной Африки и большей части Италии. Сефарды настаивали на том, что они происходят от еврейского эквивалента идальго, и что они - аристократия еврейского народа, которая жила в Испании в великолепии. Разве пророк Обадия не говорил об "изгнании Иерусалима, который в Сефараде"?

1492 год также ознаменовался окончательным прекращением мусульманского правления в Испании, когда 2 января Боабдил, король Гранады, сдал свой город Фердинанду и Изабелле после долгой и мучительной войны, которая помогла подтвердить сомнительные притязания Изабеллы на кастильский престол. Договор о капитуляции сохранял за мусульманами право остаться в своем бывшем королевстве; если они захотят уехать, расходы на перевозку будут оплачены королем и королевой. Они были изгнаны из Гранады и всех кастильских земель только в 1502 году, после восстания в гранадской Сьерре, произошедшего тремя годами ранее. Однако ничего подобного не произошло в землях Арагонской короны, мусульманское население которой было сосредоточено в королевстве Валенсия и на юге Арагона. В пятнадцатом веке мусульмане составляли, возможно, треть населения Валенсийского королевства, и их число уменьшалось по мере того, как христианские поселения расширялись, а мусульманские семьи переходили в доминирующую веру. Знаменитый водный трибунал, который до сих пор собирается каждый четверг у кафедрального собора Валенсии, чтобы вынести решение о распределении воды на полях за городом, увековечил некоторые принципы и методы мусульманских фермеров позднего Средневековья.62 Но изоляция от мусульманского мира и потеря элиты привели к тому, что мусульмане Арагона и Валенсии с трудом сохраняли свои знания об исламе, а в некоторых районах и арабского языка.63 Фердинанд был хитрым правителем и понимал, что изгнание мусульман приведет к депопуляции и экономическому хаосу в королевствах, чье процветание уже было поставлено под угрозу гражданской войной при его отце. Только в 1525 году, через девять лет после его смерти, была предпринята попытка обратить в христианство всех испанских мусульман, и только с 1609 года "мориски", как их стали называть, были безжалостно изгнаны из Испании в массовом порядке.64

IV