Читаем The Graet Sea полностью

Инфекция распространилась по всему западному Средиземноморью, что привело к нападениям на евреев в Арагонской Сицилии в 1392 году.52 В Валенсии еврейский квартал прекратил свое существование, поскольку лишь около 200 исповедующих иудаизм евреев пережили убийство или обращение в другую веру оставшихся 2500 евреев города. Потрясение было столь же сильным в Барселоне, где евреи жили с VIII века. Еврейский квартал или Колл, расположенный в северо-западном углу старого города, был захвачен и опустошен. На Майорке протест сельских жителей против лейтенанта-губернатора вышел из-под контроля: не сумев прорваться в замок Беллвер за городом Майорка, крестьяне обратились к Колле, куда и вторглись, убив многих из тех, кого нашли. Дальнейшее давление было оказано сверху, когда король Фердинанд I Арагонский и папа Бенедикт XIII организовали публичный диспут между евреями и христианами в Тортосе в 1413-14 годах. Это был не диспут между равными, а возможность заставить многих еврейских лидеров обратиться в христианство.53 Число исповедующих иудаизм на землях Арагонской короны сократилось, хотя среди новообращенных было немало тех, кто сохранял религию предков за закрытыми дверями. Секретность должна была стать еще более важной к 1480-м годам, когда в испанских королевствах была восстановлена инквизиция. Казалось, что еврейская жизнь в Арагонской короне подходит к концу, но не в результате массового изгнания, а из-за невыносимого давления внутри Иберии.

Массовые обращения в 1391 и 1413-14 годах, казалось, говорили о том, что под давлением большинство евреев обратятся в христианство. После вступления Фердинанда II на арагонский престол в 1479 году он постепенно вернулся к жесткой политике своего деда и однофамильца. Чтобы решить проблему обращенных евреев, которые продолжали придерживаться своих старых религиозных обычаев (их часто называли "марранос"), он возродил арагонскую инквизицию и распространил ее на всю Испанию, где она рассматривалась как инструмент королевского вмешательства даже в старохристианских семьях.54 Монахи-доминиканцы, служившие в инквизиции, убедили Фердинанда, что ее работа никогда не будет выполнена, пока новообращенные и евреи не будут полностью разделены, а все исповедующие иудаизм будут высланы из Испании.55 Фердинанд очень надеялся, что большинство евреев обратятся, а не уедут (он не питал антипатии к людям еврейского происхождения и благоволил к искренним conversos). Однако указы привели к массовой миграции. Очень многие евреи - возможно, 75 000 - покинули Испанию, хотя подавляющее большинство из них к этому времени составляли евреи из Кастилии, учитывая исчезновение многих каталонских и арагонских общин после судорог 1391 года. Тем не менее, именно из портов Арагонской короны многие испанские евреи из Арагона и Кастилии отправились на поиски убежища.

Иногда с беженцами обращались хорошо, иногда - ужасно: нет причин не верить рассказам о кораблях с евреями, которые капитаны и команды выбрасывали в море.56 Султан Марокко не хотел их принимать, поэтому ближайшая мусульманская земля была плохим вариантом. Хотя многие из кораблей, перевозивших евреев, были генуэзскими, Генуя была неприветлива, поскольку никогда не поощряла еврейские поселения в городе: евреи, высадившиеся там, были ограничены косой земли, полной выброшенных камней и мусора; столкнувшись с суровой зимой, многие из них поддались искушению перейти в другую веру.57 Разумнее было отправиться за новым домом на юг Италии, где двоюродный брат Фердинанда Ферранте принял их с распростертыми объятиями, обеспечив проверку каждого иммигранта на предмет наличия у него особых навыков ремесленника или торговца, и настояв на том, чтобы к евреям относились по-человечески. Через несколько месяцев Ферранте принял второй поток еврейских иммигрантов из Арагонской Сицилии, откуда они также были изгнаны, несмотря на возражения городского совета Палермо, опасавшегося экономических последствий.58 Фердинанд продолжал страстно изгонять евреев, завоевывая новые земли за морем: в 1509 году он изгнал их из Орана, а в 1510 году - из Неаполя.59

Важнее их численности - влияние, которое изгнанники оказали на весь средиземноморский мир. Они двигались через южную Италию, а затем, по мере изгнания оттуда, разбредались: одни уходили немного севернее, достигая дворов дружественных князей в Ферраре и Мантуе; другие проникали в османские земли, где султан не мог поверить в свою удачу, приобретая их навыки текстильщиков, торговцев и врачей. Французский агент XVI века при османском дворе писал, что евреи