Читаем Темный демон полностью

— Нет, у нас ничего нет. Я видела подобную силу, но она ничего не значит для меня. Эти люди, которые рождаются, живут своей жизнью и умирают в кругу большой семьи — они знают, как жить. А что делаем мы? Что он делает? Он прячется от мира со своими коварными замыслами, пьет кровь, чтобы оставаться живым — для чего? Зачем жить так долго, не зная счастья? Я выбрала счастье, возможность разделить с кем-то свою жизнь. Я не буду просить прощения или чувствовать вину за это.

— Взгляни на нас, Наталья. Ты взяла наш мир и изменила его. Я больше не мальчишка и я постепенно угасаю. Неужели ты бы выбрала его вместо своего брата? Своего близнеца?

— Я не оставлю его. Почему ты решил, что я променяю одного на другого? Ты в моих снах, Рэзван. Я тебя никогда не забуду, никогда, — её сердце учащенно билось, пока она внимательно вглядывалась в угасающий образ своего близнеца с суровым лицом мужчины.

— Я тебя не нужен. У тебя есть он.

Наталья не хотела, чтобы ее слова звучали, как мольба, или как-будто она просит разрешения.

— Он жив и я жива. Я не могу жить мечтами о брате, который давно покинул меня. Моя любовь к нему другая.

Лицо Рэзвана перекосилось от гнева.

— Я запрещаю! Он — ненавистный нашей семье охотник. Выбери другого.

— Это просто мечта, сон, глупый сон. Я выбираю Викирноффа. Я выбираю счастье, — сказала Наталья, намереваясь проснуться.

Она не позволит своим мечтам превратиться в кошмарные сны, иногда вторгавшиеся вместо них. Рэзван хотел бы видеть её счастливой. Он бы не злился на неё за выбор того, кто сделал её счастливой. Она не собиралась больше мириться с тем, что время от времени проникало в её мечты и искажало их, чем бы оно ни было.

— Подожди! — неистово вскрикнул Рэзван. — Охранные заклятия. Ты не дала мне охранные заклятия. Я не умею придумывать их сам.

Наталья обернулась к нему, и, хмурясь, пробормотала заклинание для него.

Он улыбнулся ей, любимый Рэзван, уже повторяющий слова, чтобы не забыть их. Неожиданно в её голове возникла боль, ужасное давление, которое нещадно росло, и затем, резко исчезло, оставив после себя лишь растерянность.

Он покачал головой.

— Это неправильно. Неправильно. Ты не говоришь мне правду.

Ошеломленная Наталья уставилась на своего брата в ужасе.

— Боже, Рэзван, это ты. Это всё время был ты.

И она разразилась тихими мучительными рыданиями. В сердце была такая боль, будто его буквально вырвали из груди.

* * *

Она пришла в сознание от звука собственных рыданий, всё ещё эхом раздававшегося в её ушах. Слёзы текли из глаз, а из груди с каждым вздохом вырывались мучительные рыдания.