Читаем Темный демон полностью

— Об этом пока можно не волноваться, Наталья. Правда в том, что ты хочешь обменяться кровью со мной не потому, что ты доверяешь мне, нашим отношениям, а потому, что ты думаешь, будто с тобой что-то не так.

Нежность в его голосе заставила её снова разрыдаться, и она отвернула своё лицо от него, чтобы он не видел, как поблескивают слёзы в её глазах.

— Все не так, как ты думаешь.

— Нет, так, ainaak enyém, ты думаешь, что твоя кровь проклята, и ты желаешь избавиться от неё. Но не все маги — зло. Большинство из них были добрыми, умными и невероятно щедрыми. Наши люди были друзьями. Даже Ксавьер когда-то весьма уважали и ценили его советы. Ты сама сказала, что власть развращает. Не знаю, как это произошло, но не кровь, бегущая по его венам, была тому причиной.

Она выскользнула из его объятий и, подойдя к маленькому водопаду, зачерпнула воду рукой, чтобы прополоскать рот. Ей всё ещё было холодно. Она никак не могла согреться, несмотря на естественное тепло внутри пещеры.

Викирнофф мог чувствовать её страдания и проклинал свою собственную несостоятельность от того, что не мог забрать всю её боль. Невозможно смягчить предательство, ни поцелуем, ни чем. Его горло охрипло от того, как сильно он хотел помочь ей, но он не мог исправить эту ужасную трагедию и повернуть время вспять.

— Может, дело не в крови, Викирнофф, но я связана с ними. Они вторглись в мой разум. Мой разум. Они стерли мои воспоминания и вложили придуманные истории. Они использовали мою любовь к брату и исказили то хорошее, что ещё оставалось в моих воспоминаниях о нём, — она снова потянулась рукой к своей лодыжке. — Они отравили паразитами мое тело. Не хочу, чтобы они знали обо мне. Не хочу, чтобы они еще хоть раз заползли в мой разум.

Мужчина поднялся и подошел к ней.

— Это обращение изменит всю твою жизнь.

Она шагнула в теплую воду бассейна. Вода казалась горячей на её ледяной коже. Даже внутри тела ощущался ледяной холод. Она надеялась, что жар источника согреет её, и дрожь прекратится.

— Вся моя жизнь уже изменилась, — она протянула к нему руку. — К лучшему, — неожиданно у неё на лице появилась робкая улыбка. — Я решила, что тебя можно воспитать.

Его брови взлетели вверх, пока он спускался к ней в бассейн.

— Воспитать?

Она кивнула.

— Ты же не думал, что твои попытки командовать мной сойдут тебе с рук, правда? Как только ты поймешь, что я всегда права, мы отлично поладим.

Он покачал головой.

— Ты поражаешь меня оптимизмом в отношении своих шансов, — он потянул её за собой в воду так, чтобы она оказалась в его заботливых объятиях.

— Шансов относительно чего? — её голова казалась слишком тяжелой, и она прислонилась к его груди.

— Шансов быть всегда правой. Я один из тех несносных людей, которые знают всё. Ты думаешь, что я люблю командовать, но фактически я всего-навсего направляю тебя, когда ты сбиваешься с пути.

— И, я так полагаю, ты ожидаешь от меня благодарности за свои гениальные указания.

— Я знаю много способов, которыми ты могла бы выразить свою благодарность.

— Не сомневаюсь, — Она снова потерла лодыжку. — Это никогда не пройдет, не так ли, теперь это часть моей кожи.

— Я не знаю. Я не совсем целитель, хотя у меня есть начальные целительские способности. Когда вернется Грегори, мы попросим его взглянуть на это. Если он не сможет удалить метку, мы обратимся к Франческе. Она в Париже и говорят, что она удивительная.

— А, может быть, обращение удалит её?

Его руки скользнули под воду, чтобы прикоснуться к её лодыжке.

— Если бы я знал. Я сомневаюсь в этом, Наталья. Ты отличаешься от всех, кого я знал раньше. Я не знаю, как обращение подействует на тебя. Но не верю, что это отберет твои магические способности. У Рианнон было больше талантов, чем у многих волшебников. Ты, должно быть, получила это как от неё, так и от крови магов, что и сделало тебя такой могущественной. Не удивительно, что Ксавьер хотел твоей крови.

Глаза Натальи встретились с глазами Викирноффа.

— Рэзван бы не позволил этого.

Сильные пальцы Викирноффа начали делать успокаивающий массаж на её лодыжке.

Наталья стала снова расслабляться, твердый узел в её животе постепенно ослабевал. Когда Викирнофф стал тем, с кем она чувствовала мир и покой? Она без всякого сексуального намерения скользнула рукой по его животу, просто нуждаясь в том, чтобы чувствовать его тело под кончиками своих пальцев.

— Как ты думаешь, я могла бы противостоять Ксавьер? Если бы я приходила к нему вместо Рэзвана? Если бы Ксавьер брал мою кровь? — она не будет звать его дедушкой. — Ты думаешь, Рэзвана бы можно было спасти?

— Теперь этого никак не узнать.

Она выглядела такой расстроенной, так сильно отличавшейся от себя обычной — уверенной, дерзкой — что его сердце сжалось от боли. Викирнофф дотронулся до её сознания, чтобы прочитать её мысли, ему нужно было знать, как помочь ей. Наталья обладала железной волей. Её брат был её близнецом. Они думали одинаково. Они защищали друг друга. Они прожили свои юные годы в муках, и нашли способ выжить без помощи взрослых.