Джейм вывела на экран тетради опцию «объединение фильма» и зафиксировала кресло, чтобы не крутилось. Посмотрела на экран, где проецировался вид станции на фоне планеты и хрустнула пальцами. Она уважала других женщин и понимала, когда нет смысла играть в перетягивание мужчины. «Тогда хотя бы расскажи мне, как ты это сделала…», — Джейм мрачно ухмыльнулась, подмигнула изображению планеты и включила воспроизведение.

АРХИВ-1. УДОБНЫЙ КОД

— Ну, общая побудка? — спросил Олег.

Капитан молча покачал головой, не отрывая взгляда от медленно поворачивающейся под ними сине-зелёной планеты.

Олег вернулся к мониторам.

— Код подтверждается. Удалённость — «ти», гравитационное соответствие — «эй», ландшафтно-климатическое соответствие — «ар», атмосферное — «эй». Золото, а не планета: почти весь код буквенный, да ещё два «эй»…

— А биологическая активность?

— Есть, но пока не типизируется.

— Как бы нам по такому землеподобию с аборигенами не встретиться, — поддел Олега капитан.

— Сканирование ночной стороны вспышек света не выявило, — хмыкнул Олег. — Да и не думаю. Холодновато тут для человекоподобных.

Он пододвинулся к монитору и добавил:

— Наклон меньше полутора градусов, тропиков нет. Зато ветра вон, поглядите, какие… А человекоподобные тепло любят.

Капитан только головой покачал и щёлкнул кнопкой голосовой связи.

— Виктор Васильевич? — отозвался низкий женский голос.

— Ольга Анатольевна, подойдите в рубку, прошу вас.

— Слушаю.

Олег не позволил себе даже хмыкнуть. Капитан Брагин и доктор Брагина, родители двоих астрогеологов из маринкиной смены, ни разу не дежурили вместе в обход расписания. Не то что уж бросить хотя бы к четвёртому году полёта этакую манеру обращения. Гвозди бы делать из этих людей…[8]

— Олег, подежурь полчаса в медцентре, — первым делом сказала Ольга Анатольевна. — Пожалуйста.

«Эх…» — подумал он, но быстро сложил манипуляторы в лоток и вышел наружу. Полчаса можно и попялиться в ряды зелёных огоньков. Тем более, что один из них — Маринка.

— Посмотри, Оль… — хрипло сказал капитан.

Она подошла совсем близко.

— Хороша… Какая ветреная. И столько воды.

— Придумывай название. Она тихонько засмеялась:

— Так ты не знаешь?..

— Не знаешь чего?

— Конечно, они постеснялись тебе сказать. Код-то подтвердился?

— Ти-эй-ар-эй — девяносто два — пятьдесят шесть — джей — сорок четыре. Всё так.

— Вот именно ти-эй-ар-эй. Тара. Они её уже так зовут больше года.

Он шутливо задрал брови и посмотрел на жену.

— Стеклотара или бочкотара?

— Влад Сорникин порыскал по архиву и нашёл совершенно волшебные материалы. Оказывается, Тарой назывался какой-то легендарный дворец у древних кельтов. Там такие фотографии красивые… Море, трава, обрывы, замки какие-то. И ещё одна Тара — специально для тебя — небольшой городок под Омском.

— Да… слушай, помню! Там ещё пиво варят. Я на воздушке ездил Омск-Тара.

Она тихо засмеялась.

— В общем, ты можешь надавить и все про это забудут. Но лично мне идея понравилась.

— Опять ты идёшь у детей на поводу, — проворчал он. — Я обещал подарить целый мир тебе. А не кому-то ещё.

— Тара, — твёрдо сказала она и улыбнулась.

— Да, королева. — Он склонил голову и тоже улыбнулся. — Тара. Морей и обрывов, я полагаю, будет достаточно.

Олег тем временем удобно расположился в медцентровском кресле и принялся сканировать маринкины показатели. Ближайшая БДГ[9] — через четыре часа, так что снов Маринка не видит. И он ей, стало быть, не снится. Цикличные показатели в норме. Ближайшая овуляция через двенадцать дней. Может быть… хотя вряд ли. Не в этот раз. Лучше через годик-полтора.

Два движения мышкой — другая ячейка. Его собственные показатели — гм, да, гораздо более унылые: сердцебиение отсутствует, дыхание отсутствует — ещё бы, в пустой-то ячейке. Посмотреть бы, как там Димыч с Виктором, да без пароля не узнаешь, а пароли у Олега были только свой да Маринкин.

— Олег, возвращайся в рубку, — сказал компьютер голосом капитана. — Поищем стационарную орбиту поприличнее. Обработка фотосъёмки уже заканчивается — заодно решим насчёт высадки.

На следующий день Олег вывел грузопассажирский катер из шлюза и вошёл в атмосферу планеты. За его спиной вопреки любым правилам торчали два геолога и аэролог Дима, поклявшиеся наблюдать молча и не отсвечивать.

— Чувствуешь ли ты себя игрек-хромосомой в самом носу у сперматозоида? — вкрадчиво спросил Димыч у Олега за плечом.

Олег выругался.

— Балда, — пожурил то ли его, то ли Димыча старший геолог. — Никакого уважения к моменту.

— Катер бесхвостый, — нашёлся Олег.

— А инверсионный след?