Читаем Танковый удар полностью

При вводе танковых армий в сражение усиливалось их прикрытие истребительной авиацией, главным образом патрулированием в воздухе, осуществлялось блокирование вражеских аэродромов, а по некоторым из них наносились удары. Так было, например, при вводе в сражение 5-й гвардейской танковой армии (Витебско-Оршанская операция), когда бомбардировщики 1-й воздушной армии подвергли сильным ударам аэродромы противника в Орше, Додукове, Борисове¹³⁶. В ряде операций перед вводом танковых армий в сражение проводилась короткая по времени, но мощная авиационная подготовка в целях подавления узлов сопротивления, опорных пунктов и особенно средств противотанковой обороны противника перед фронтом и на флангах полосы ввода (Орловская, Львовско-Сандомирская операции). С началом ввода в сражение и до выхода танковых армий в оперативную глубину штурмовая авиация непрерывно сопровождала их, уничтожая войска противника, огневые средства, танки и другую технику, препятствовавшие продвижению танковых соединений. При этом особое внимание обращалось на фланги, откуда противник обычно готовил контратаки и контрудары.

Инженерное обеспечение ввода танковых армий в сражение возлагалось на общевойсковые армии, в полосах которых они вводились. Привлекались и фронтовые средства, а также инженерные части и подразделения танковых армий. Инженерные войска подготавливали маршруты выдвижения, разминировали рубежи ввода, строили мосты через речные преграды, организовывали комендантскую службу и решали другие задачи. Однако в целом следует отметить, что инженерное обеспечение ввода танковых армий в сражение представляло в годы войны сложную проблему. Правильное решение вопроса о сосредоточении основных усилий инженерных войск при прорыве в тактическом звене приводило вместе с тем к ослаблению их оперативной группировки. В условиях слабой моторизации широкая перегруппировка инженерных войск в короткие сроки была трудно осуществима. Общевойсковые армии для обеспечения ввода танковых армий обычно располагали ограниченными инженерными силами и средствами, так как танковые армии вступали в сражение до завершения прорыва, т. е. в тот момент, когда подавляющая часть инженерных войск работала на обеспечение действий стрелковых соединений. Это особенно ощущалось в операциях 1943–1944 гг. Начальники инженерных войск танковых армий в этих условиях еще до выхода на рубеж ввода были вынуждены использовать штатные и приданные инженерные части, что ослабляло возможности инженерного обеспечения армии при действиях в оперативной глубине.

Ввод в сражение танковых армий осуществлялся по приказу командующего войсками фронта. При необходимости он уточнял задачи танковой армии, данные об обстановке, порядок взаимодействия с общевойсковыми армиями, артиллерией и авиацией, обеспечивавшей ввод в сражение. Командующий танковой армией в свою очередь на основе указаний командующего войсками фронта конкретизировал задачи корпусам первого эшелона и вопросы их взаимодействия со стрелковыми соединениями и авиацией.

Порядок ввода определялся главным образом в зависимости от того, вводилась ли танковая армия для завершения прорыва тактической зоны обороны противника или после ее прорыва общевойсковыми армиями.

При вводе танковой армии для завершения прорыва тактической зоны обороны противника передовые отряды танковых (механизированных) корпусов следовали за стрелковыми дивизиями первого эшелона общевойсковых армий. Как только стрелковые дивизии преодолевали две наиболее сильные позиции, танковые бригады обгоняли пехоту, завершали прорыв главной полосы и стремительно продвигались ко второй полосе в целях захвата ее с ходу, а также обеспечения развертывания первого эшелона танковой армии. Если передовым отрядам это сделать не удавалось, развертывался первый эшелон танковой армии, который мощным танковым ударом завершал прорыв тактической зоны обороны противника на всю ее глубину. Подобные действия вели, например, соединения 5-й гвардейской и 1-й танковых армий в Белгородско-Харьковской операции.

Если ввод танковой армии осуществлялся в так называемый «чистый прорыв», то армия, не участвуя в прорыве тактической зоны обороны противника (за исключением своей артиллерии), проходила в готовый коридор прорыва и выходила на оперативный простор. Имея впереди разведорганы, сильные передовые отряды, она перемещалась за стрелковыми соединениями первого эшелона общевойсковых армий и после преодоления ими всей тактической зоны обгоняла пехоту, устремляясь в глубину вражеской обороны. Такой способ применялся, например, 2-й танковой армией в Люблинско-Брестской и Висло-Одерской операциях, 5-й гвардейской танковой армией в Витебско-Оршанской и Восточно-Прусской операциях.

Опыт войны показал, что наибольший оперативный эффект в развитии наступательной операции фронта достигался тогда, когда танковая армия вводилась в так называемый «чистый прорыв».