Читаем Тайные знаки полностью

Наконец-то Марго поняла, в чем дело, почему Аурелия ползала по полу. Прямо посреди коридора, по читенькому, блестящему в свете тусклого светильника, от спален к гостиной неторопливо полз огромный черный таракан. Аурелия повернула голову, и Марго быстро закрыла дверь.

Она шмыгнула в постель, прикрыла глаза и превратилась в уши. Одни огромные, перепончатые, как крылья летучей мыши, уши.

Буйство в коридоре продолжалось.

— А этот ваш гуру? — прохрипел Лео в кухне. — Он не принуждает заниматься с ним сексом? Может быть, ты бережешь свою сексуальную энергию для него?

— Что? Что?! — задыхаясь от возмущения, закудахтала Ау и перешла в наступление. — А ты? Что ты делал в комнате русской? Я нашла тебя там лежащим на кровати! Вы трахались! Ты обнаглел! Раньше ты ходил по шлюхам, прикрываясь заданиями редакции, а теперь ты занимаешься этим прямо в моем доме!

— Да что ты городишь, Аурелия! — возмущенно хрипел супруг. — Трахаться с Марго — все равно, что трахаться с блаженной! Никакого удовольствия!

— Ага! — голос Аурелии набирал силу. — Ты уже выяснил, есть удовольствие или нет! Так ты точно с ней трахался! А я-то сказала так! Наугад! И вот! Попала в точку!

— Да что ты… — попытался вставить слово Лео.

Но Аурелия не дала ему такой возможности.

— Конечно! Ненормальные тебе нравятся больше! Если бы я бегала по ночам голой по улице, тебе бы понравилось это! Я знаю!

— Мне бы понравилось, если бы ты бегала голой! — прохрипел Лео. — Это верно! Мне бы понравилось! Но причем тут Марго?

— Как причем? — Аурелия чем-то швырнула в мужа. — Мадам Гасион видела нашу жилицу в окно. Ночью Марго стояла во дворе в трусах и майке! Разве ты не слышал этого? А потом мадам Гасион увидела, как русская поднялась в небо и полетела!

Лео захохотал.

— Мало ли, что привидится старой дуре ночью. Да она может и не проснулась, когда ходила в туалет! И ей все принилось! Если бы мадам Гасьон была в своем уме, она бы не твердила все время, что арфа убьет ее за то, что она не нашла себе переемницу!

— Да-а! Конечно-конечно! И полицейский, который видел ее летящей по небу, тоже сошел с ума! А ты не знаешь, почему все сошли с ума, а ты один нормальный? А? Не знаешь? Я знаю! Ты издеваешься надо мной! Но я требую! Требую! Я требую обезопасить меня от ведьмы!

Лео тихо засмеялся. Похоже, у него тоже началась истерика.

— Постой! — возразил он. — Она, конечно, странновата, но кто из нас не без дурины? А что касается оградить тебя, то… ха-ха! ха-ха! Аурелия! Это ведь ты договаривалась с Жаком! Твоя идея была немного подзаработать и немного развлечься! Жак ведь сказал тебе, что Марго странная! Он ведь сказал, что она с дуриной! Но от жадности ты…

— Ага! — торжествующе взревела Ау. — Так значит ты признаешь, что Марго — лунатик, ведьма и плутовка? А почему ты ее тогда защищаешь? Потому, что ты успел с ней перепихнуться! Почему на ней твоя одежда? Почему на ней твоя одежда? Почему?

— Я же сказал! — воскликнул Лео. — Я дал ей переодеться в сухое, потому что она вымокла под дождем!

— А в промежутке, пока она переодевалась, чем вы были заняты?

— Да ты просто завидуешь ей! — разозлился Лео.

На этом месте раздался душераздирающий вой Лео, потом лай собак. Что-то тяжеленное толкнуло стену кухни.

Марго опять открыла глаза.

Звуки арфы еще усились, и постепенно превращались в предоргастическую какафонию. И за окном тоже поднялась настоящая буря. Облака неслись мимо сияющей луны, точно стая серых оборотней. Приоткрытое окно распахнулось, Марго вскочила чтобы закрыть и запуталась в хлопающей гардине.

И ей опять захотелось на улицу. И не куда-нибудь вообще, а к Нотр-Даму. Стоять и смотреть, как облака струятся над контрфорсами, как химеры улыбаются луне.

И вдруг все разом затихло — струнная буря, лай собак и крики супругов Пуллет. Затихло, будто оборвалась струна. И разразилась звенящая тишина. Внизу что-то упало.

Луна утонула в облаках окончательно, и больше не била в глаза.

— Черт бы их всех побрал, — прошептала Марго и стремглав кинулась в постель.

И долго лежала, замерев взглядом на блике латунной оконной ручки, готовясь к следующему дню и думая, что взвалила на себя непосильную ношу — войну с роботами. Если она боится Аурелии и не может убедить даже Лео, куда ей с роботами-то связываться?

Вскоре внутри комнаты проявилась вторая — состоящая из золотисто-зеленых невесомых бисеринок, а от стен к окну возвращаются потоки веретенообразных голубоватых паутинок, похожих на мазки белых лессировок. Расстворившись в этих паутинках, Марго подумала напоследок, что замечательно было бы так и умереть — просто провалиться в сладкий сон, чтобы веки и мышцы ждали отдохновения и наконец получили его.

И так и остановиться на этом… последнем… прият- ном…

Сначала Марго привиделось, что она не в комнате, а подле того же замка на Луаре, в котором ей уже видела девочку и принца. На этот раз Марго стало ясно девочка — это Аурелия в детстве. И как же она раньше не догадалась? Ведь это так просто! И наверняка у взрослой Аурелии на руке остался шрам от разбитого балконного стекла.