Читаем Тайны Беларуской Истории. полностью

Очевидно также, что для беларусов в 1918 году историческая и ментальная связь с Летувой значила много больше, чем связь с Украиной. Многие беларусы чувствовали себя тогда (и продолжают чувствовать сегодня) частью Балтии[62].

Точку в этом вопросе поставил Всебеларуский съезд народных делегатов в декабре 1917 года. На этом съезде представители народа (по официальным данным — 1872 человека) решили ни с кем в союзы не вступать, а создать в ближайшем будущем Беларускую Народную Республику. Обращаю внимание читателей на то, что народные избранники приняли принципиальное решение о курсе на независимость еще в декабре 1917 года, за три месяца до оккупации немцами восточной части страны. Однако вследствие того, что Россия сделала Беларусь «векселем» своих финансовых обязательств перед немцами, это решение пришлось реализовывать в очень непростой геополитической ситуации.

Сегодня нередко звучит мнение, в том числе с «высоких трибун», что-де БНР создали немецкие оккупационные власти и что она являлась «германской марионеткой». Это ложь! Более того, эту ложь придумали убежденные враги беларуской государственности из России и Польши. Те жители Беларуси, которые сегодня продолжают повторять подобные заявления, никогда не интересовались историей своей страны и своего народа. Вообще говоря, такие заявления являются оскорблением нашего народа. Ставить сегодня деятелей БНР в один ряд с нацистскими оккупантами — это то же самое, что временное правительство Керенского и Учредительное собрание России называть фашистами.

БНР была создана на основе волеизъявления беларуского народа, без какого-либо влияния со стороны. Формой такого волеизъявления стал Всебеларуский съезд в декабре 1917 года — первое свободное собрание беларуского народа. И лишь после съезда германский «агент влияния» — Ульянов-Ленин, вместе с шайкой евреев-комиссаров, преследовавших сугубо свои цели, отдал Беларусь немцам в качестве залога.

События развивались следующим образом. Исполнительный Комитет Рады Всебеларуского съезда объявил себя временной властью в Беларуси и 20 февраля 1918 года создал первое беларуское правительство (Народный Секретариат) во главе с Язепом Воронко. Одновременно исполком принял первую Уставную грамоту для народов Беларуси.

Любопытно то, что ранее Воронко выступал за вхождение Беларуси на правах автономии в состав Российской Демократической Республики (РДР). Это вполне могло произойти в том случае, если бы власть в России осталась у Временного правительства и реализовалась воля Учредительного собрания. Но после разгона большевиками Учредительного собрания (6 января 1918 г. ) этот вариант отпал сам собой.

Российская Демократическая Республика так и не была создана. Демократы бежали, а власть в России захватила (на деньги германского правительства и еврейских миллионеров США) хунта террористов-большевиков, провозгласившая РСФСР[63].

Заключение мирного договора в Бресте все политические силы в Беларуси (конечно, кроме большевиков) восприняли как предательство беларусов. В том числе многочисленные организации эсеров и еврейские партии.

В итоге 25 марта 1918 года представители беларуского народа на заседании Рады Беларуской Народной Республики приняли декларацию о том, что Беларусь является независимым и свободным государством.

Но эту независимость не желал признавать никто из соседей. «Красная» Россия считала всю Беларусь своей частью, указывая на границы 1914 года. Польша претендовала на три четверти беларуских земель, руководствуясь воспоминаниями о границах 1772 года. На определенные участки претендовали также Летува, Латвия и Украина.

Что касается кайзеровской Германии, то она видела Беларусь всего лишь гарантом контрибуции, которую обязалось выплатить ей правительство Ленина. Это исторический факт: именно Ленин сделал всю нашу страну залогом, долговым векселем.

Беларусы хотели с Россией объединяться, а российский лидер отдал Беларусь немцам в залог своего долга. Российские историки сегодня заявляют: ничего особенного. Они так говорят, потому что чужая боль — не своя. Нетрудно представить, как бы они негодовали, если бы беларуское правительство отдало Россию немцам в залог. Тогда бы они не утверждали, что предательство — норма отношений между «братскими народами». Как это назвать, оставаясь в рамках приличий, — не знаю. На языке вертится ненормативная лексика. Хорош «союзник и брат». Расплачивался за долги, отдав сестру на изнасилование.

Большевистское правительство России своей политикой вынудило руководство БНР искать свое место в политических шахматах. Ориентированное до того на союз с Россией, оно было вынуждено пойти на объединение с оппозиционным «Менским беларуским представительством», где руководили националисты Павел Алексюк, Роман Скирмунт и Александр Власов. Последние выступали против национализации государством земли (что было абсолютно правильно) и за беларуско-германское сближение (что,по моему мнению, было неправильно).