- Работу искала.

Она отвлекается от маникюра и поднимает на меня взгляд. Заинтересованно оглядывает надетые на меня обновки и принимается дуть на свеженакрашенные ногти.

- Зачем работа? Ты, я вижу, разбогатела…

- Пособие получила, - вру я.

На самом деле пособие, как опекун получает и пропивает дед. Я с него ни копеечки не вижу.

- А может, ты любовника богатого нашла? - понижая голос, с сарказмом интересуется соседка.

Я неожиданно смущаюсь. Чувствую, как к лицу приливает кровь.

- Ладно, шучу, - махнув рукой, начинает смеяться, - кто на тебя посмотрит?

Молча переодеваюсь и бегу в общий душ, надеясь, что там еще свободно.

Так и есть. Пусто.

Снимаю с себя старый халатик и захожу в самую дальнюю кабинку. Включаю воду и поворачиваюсь к мутному маленькому зеркалу.

Протирев его ладонью, вглядываюсь в свое отражение. На меня смотрит девчонка с зелеными глазами и копной русых волос. Лицо ничем не примечательное, за исключением губ. Мне кажется, они чересчур полные. Бесят.

Рассмотреть фигуру не получается, маленькое зеркало для этих целей не годится. Но я и так знаю, что смотреть там особо не на что. Невысокая, стандартной средней комплекции. Ни выдающейся груди, ни попы.

Права Юлька – на такую девушку, как я, никто никогда не позарится.

Ни к месту вспоминается сын губернатора с его тяжелым пристальным взглядом темно-серых глаз. Он во мне не то, что девушку, даже человека не видит.

Следующие два дня как под копирку повторяют понедельник. В универе все подозрительно спокойно. За все время я не услышала ни одного оскорбления в свой адрес, ни одной шутки. Словно, сменив одежду, я изменила и внешность.

Крис несколько раз попадалась мне в коридорах, но всякий раз делала вид, что мы не знакомы. Пахомова же и вовсе в Вузе не появлялась.

Вечером в среду, безрезультатно обойдя еще несколько баров и кафе в поисках работы, возвращаюсь в общагу. Съедаю бутерброд и заваливаюсь с учебником в кровать.

Звук входящего на телефон сообщения отвлекает от чтения. Хмурясь, достаю свой, видавший виды, гаджет из рюкзака и открываю послание.

«Как дела?»

Недоуменно смотрю на эти два слова. Номер неизвестен. Свой я никому не давала, потому что, никто и не просил.

Экран потухает и тут же вспыхивает снова, являя моему ошалевшему взору физиономию Греховцева. От неожиданности телефон выпадает из рук.

Какое-то время я молча смотрю на фото, а затем, осторожно беру смартфон в руки.

Это селфи. Скорее всего, сделанное прямо сейчас. Глядя на экран ничего не выражающим взглядом, Герман ведет машину.

Сердце в груди тревожно сжимается. Что ему опять от меня надо? Решил напомнить про долг?

Не успев утихомирить свою буйную фантазию, получаю следующее сообщение.

«Дать еще денег?»

По спине проходит озноб. Кончики пальцев вмиг леденеют.

«Нет. Спасибо за помощь. Я сейчас ищу работу, как только найду – начну возвращать долг».

«Какую работу?»

Боже… ну какое ему дело? Чего он привязался?

«Любую» - печатаю в ответ.

Целых две минуты телефон молчит, и я уже начинаю думать, что переписка окончена, как от Германа приходит еще одно сообщение.

«Сохрани мой номер»

«Зачем?»

«На всякий случай»

«Хорошо».

Нет, он, все-таки, самый странный из всех, кого я знаю.

Откладываю учебник, выключаю свет и добрых полчаса разглядываю его фото. Рассмотреть его живьем я себе позволить не могу, но почему этого не сделать сейчас, когда никто не видит?

Увеличив снимок, всматриваюсь в черты лица. Темные волосы, высокий лоб, ровные густые брови, прямой нос, острые скулы и квадратный подбородок. Единственное, что выбивается из общей, характеризующей его картины, это полные губы.

Залипаю на них. Интересно, он улыбается когда-нибудь? Смеется?

В коридоре раздается стук каблуков, и вскоре в дверном проеме появляется Юлька.

Погасив экран, быстро прячу телефон под подушку.

- Спишь?

- Нет.

- Я тебе работу нашла.

Глава 4.

После пар встречаемся с Юлей у корпуса универа и вместе едем в бар, где по ее словам для меня есть вакансия.

- Платят, конечно, не миллионы, но тебе должно хватить, - толкает меня в бок, - ты же умеешь экономить.

Молча киваю. Я жутко нервничаю, боюсь неудачи.

Бар этот открылся совсем недавно и все еще не укомплектовал штат сотрудников. Конкретно я иду устраиваться на место посудомойки. Смены два через два с шести вечера до двух ночи.

Мне подходит.

Единственный несущественный минус – находится он в другом районе, поэтому добираться придется с пересадкой. А обратно – на такси.

- Она? – спрашивает женщина среднего возраста, указывая на меня пальцем.

- Здравствуйте, - произношу неуверенно.

Ответа не следует. Какое-то время она рассматривает меня всю с ног до головы, а затем, кивком головы, требует следовать за ней. Юлька ободряюще подмигивает и идет к барной стойке. Ее парень барменом здесь работает.

Проходим с администратором по узкому темному коридору и входим в ее кабинет.

- Опыт есть? Трудовая?

- Ээээ… нет…

- Плохо.

- Вернее, трудовой нет, - спохватываюсь я, - а опыта полно! Я в детском доме в столовой каждый день посуду мыла.

- Детдомовская, что ли?

Смотрит на меня цепко, как следователь на допросе. Словно хочет меня во лжи уличить.