Читаем Сын Человеческий полностью

овсе не был Иисус аскетом, не избегал Он веселья и свадеб. Его называли человеком, "который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам" (Мф.11:19; Лк.7:34). Люди, лишенные лицемерия, часто приглашали Иисуса посетить их дом, и Основатель не отказывал им, доставляя тем самым хозяевам радость и благословение. И сейчас же, по восточному обычаю, в дом, который посещал странник, стекалось множество народа. Дети пытались прорваться в помещение, но их тут же удаляла прислуга. Иисус, любящий этих наивных слушателей, повелевал пропустить их и, приближая к себе, обнимал их (Мф.19:13-14; Мк.10:13-14). И женщины выливали на Его голову и ноги благовония (Лк.7:37-38; Ин.12:3). Ученики иногда отстраняли их от Учителя, полагая, что эти светлые души мешают проповеди, но Основатель, почитавший старые добрые обычаи и все, что показывало святую простоту, пресекал учеников своих, спасая женщин от смущения (Мф.26:10; Мк.14:6). Матери, поощренные таким к себе отношением, приносили к Нему младенцев, дабы Он к ним прикоснулся (Мф.19:13,15; Мк.10:13,16; Лк.18:15). Женщины и дети увлекались Иисусом и устраивали Ему небольшие овации, называя Его Сыном Давидовым и восклицая: "hошан(!" ((((((((( (Мф.21:9; Мк.11:10; ср. Пс.117:26; Мишна.Суккот.3:9). И Иисус, удостоенный невинного величия, проходил по гостеприимным селениям Галилеи. Хотя настоящим местом жительства Основателя был Капернаум (Мф.4:13; 8:5; 9:1; 11:23; Лк.4:23), Он чаще всего странствовал по своей прекрасной стране в сопровождении учеников и некоторых зажиточных женщин, заботившихся о внешних нуждах всей общины (Лк.8:1-3; 23:49; Мф.27:55-56; Мк.15:40-41). Иисус проповедовал по субботам в синагогах (Мф.12:9; 13:54; Мк.1:21; 3:1; 6:2; Лк.4:16,31,33; 6:6; 13:10; Ин.6:59), под открытым небом на горе (Мф.5:1), на озере, сидя в лодке (Мф.13:1-2; Мк.2:13; 3:7-9; 4:1; Лк.5:1-3), в частных домах гостеприимных людей (Мф.9:10; Лк.5:29; 7:36; 10:38; 11:37; 14:1; Ин.2:1-2), обращаясь к более или менее многочисленному скоплению народа. И казалось, что в этом прекрасном уголке Земли действительно нарождается Царство Небесное.

35. Отношение Иисуса к гоям

В

оззрения Иисуса в отношении гоев417 развивалось поэтапно. Вначале Он, очевидно, предполагал, что Его миссия должна распространяться только на евреев - на тот народ, среди которого Он вырос и с которым Его связывали монотеизм и Танах.

"Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, - говорил Иисус, - чтоб они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас" (Мф.7:6). То, что под псами и свиньями здесь подразумеваются гои, следует, во-первых, из того, что язычники, в отличие от евреев, употребляли в пищу свинину, а во-вторых, это следует из следующих речений, приведенных Примусом: "Я послан только к погибшим овцам дома Израилева [...]. Нехорошо взять хлеб у детей418 и бросить псам" (Мф.15:24,26; ср. Мк.7:27). Во многих местах Благовествования Иисус негативно высказывался в адрес гоев (Мф.5:46-47; 6:7,32; 18:17; ср. Лк.6:32-33), и вряд ли следует предполагать, что эти логии не аутентичные.

То же самое отношение, вероятно, вначале было у Иисуса и к самаритянам.

Иудеи относились к самаритянам с еще большим презрением, нежели к язычникам (Сир.50:27-28; Ин.8:48; Jos.AJ.IX.14:3; XI.8:6; XII.5:5; Иер Талм.Абода Зара.5:4; Песахим.1:1). Израильтяне и самаритяне считали, что им нельзя вместе пить и есть (Лк.9:53; Ин.4:9); Талмуд доказывает, что "кусок хлеба от самаритян есть то же, что кусок свинины" (Мишна.Шебиит.8:10). Об отношениях между иудеями и самаритянами красноречиво говорит следующий эпизод, приведенный Иосифом Флавием (Jos.AJ.XX.6:1): "Между самаритянами и иудеями произошла распря по следующей причине: галилеяне, которые отправлялись во время праздников в священный город [Иерусалим], имели обыкновение проходить через пределы Самарии. И вот, когда сии однажды держали таким образом путь свой, из деревни Гинеи, лежавшей между Самарией и Великой [Изреэльской] равниной, на галилеян напало несколько человек и перебило множество их (здесь и далее выделено мною. - Р.Х.). Узнав об этом происшествии, именитые галилеяне явились к [римскому прокуратору Иудеи и Самарии] Куману (48 - 52 гг. - Р.Х.) и просили его отомстить за смерть невинно погибших. Однако Куман дал себя подкупить крупной суммой денег, полученных от самаритян, принял их сторону и отказался от наказания виновных. На это галилеяне рассердились и стали уговаривать народ иудейский взяться за оружие [и] перебить врагов [...]. Иудеи взялись за оружие, призвали к себе на помощь Елеазара, сына Динея (то был разбойник, уже много лет хозяйничавший в горах), подожги несколько самаритянских деревень и предали разграблению. Когда весть об этом деле дошла до Кумана, он взял себастийский отряд и четыре роты пехоты, вооружил также самаритян и двинулся против иудеев. Сойдясь с ними, он многих из них перебил, а еще большее количество их взял в плен" (см. также: Jos.BJ.II.12:3; Vita.52).