Читаем Свечка. Том 1 полностью

Свечка. Том 1

– Как все адвокаты, Михал Михалыч преувеличивает значение свидетельских показаний. Сейчас дают показания другие свидетели. Дойдет очередь и до Шаумян. К тому же Золоторотов требует привлечь других свидетелей, которых совсем непросто разыскать. Например, адмирала или контр-адмирала, который в детстве Золоторотова был капитаном какого-то ранга и однажды угощал его домашними котлетами. Или бомжиху с Тверского бульвара. С черненькой собачкой, как вам это нравится? Во всем, я подчеркиваю, во всем мы идем навстречу Золоторотову, а в это время адвокат кричит, что мы нарушаем права его клиента.

– Клиента или подзащитного?

– В данном случае больше подходит слово «клиент». Золоторотов пытается завести следствие в тупик, но при этом не может объяснить, откуда в лифте, в котором он пытался изнасиловать малолетнюю Кристину Г., следы его крови и ворсинки шерсти с его, Золоторотова, берета. Не понимаете, о чем идет речь? Угрожая девочке ножом, он сам порезался и пытался вытереть кровь со стен лифта своим беретом. А следы-то остались… Казалось бы, это улика, против которой нельзя возразить, но и здесь Золоторотов пытается вывернуться. Знаете, как он это объясняет? Лифт сломался, и он пытался его отремонтировать.

– Довольно неуклюжее объяснение.

– Золоторотов утверждает, что при этом он разговаривал с диспетчером по ремонту лифтов. Теперь ищем диспетчера… Понимаете, сложность этого дела не в недостатке улик или свидетелей, этого как раз более чем достаточно. Сложность в другом. Золоторотов – новый тип преступника. Он много читал и прикрывается прочитанными книгами, как щитом.

– Не может быть! Что же, получается: книги – зло?

– В данном случае – да. Добро этот человек превратил в зло. Не сумев изнасиловать девочку в лифте, он выследил ее и настиг, где бы вы думали? В церкви!

– Возможно, мой вопрос покажется некорректным, можете на него не отвечать. Если бы вы были судьей, какое наказание вы считали бы для Золоторотова достаточным?

– Ваш вопрос действительно некорректен, но я на него отвечу. Только не как следователь, а как женщина. Для такого чудовища, как Золоторотов, и высшая мера представляется недостаточной.

«Ежедневный бизнесмен», 25.01.1998 г.

Интервью провел И. Жуков

№ 82

Из записок русского националиста-одиночки

Сегодня видел мою Иришку! Я стоял на переходе, а их черный джип «чероки» проезжал мимо и замедлил ход. За рулем сидел ее «малиновый пиджак». Ну и рожа! Рядом сидела Ирина Александровна, очень довольная. Мать – маньяк своей дочери… Что-то «пиджаку» рассказывала, и они оба смеялись. А моя Иришка сидела сзади грустная, увидела меня и даже не улыбнулась, а только подняла ладонь и покачала. Так и так…

Я докажу, что Золоторотов невиновен, а он невиновен, я в этом уверен. Клянусь! Клянусь своей любовью.

После болезни снова стал читать газеты и такое прочитал… Одно интервью следователя Дудкиной чего стоит! Там между строк написано: «Я получила заказ его посадить, и я его посажу», даже удивительно, что это никто не прочитал. Цышева не вернешь с того света, а Золоторотова можно остановить по пути на тот свет. И никто, никто этого не сделает, кроме меня. Мне его очень жалко, я бы, наверно, не выдержал.

В общежитии я узнал от ребят, что в Москве снова совершаются преступления, идентичные тем, в каких обвиняют Золоторотова, а это косвенно означает, что он невиновен. Но об этом Целовальникова ни гугу, она все Золоторотова мучает. И я ей позвонил в редакцию и сказал об этом. Она сперва стала оправдываться, сказала, что у Золоторотова появились подражатели после публикации в газетах. «Значит, вы плодите маньяков?» – спросил я. «А вы кто?» – спросила она после долгой паузы. Я назвал свою фамилию. «Это мне ничего не говорит, но я ее запомню», – сказала она и повесила трубку.