Читаем Свечка. Том 1 полностью

Ответ: Нечего на меня смотреть. Я с обвиняемыми не встречаюсь.

№ 84

Герман Штильмарк – Евгению Золоторотову

Передаю, как ты просил, речь Достоевского на открытии памятника Пушкину. Ты что там, диссертацию пишешь или человечество собираешься спасать? «Счастливые воды» Слепецкого найти так и не могу.

Гера

№ 85

Начальнику ИЗ ЦИВС

подполковнику внутренней службы Баранову Н. И.

от оперуполномоченного ст. лейтенанта внутренней службы

Рядовкина А. С.


Рапорт

В ночь с первого на второе февраля я был дежурным и примерно в четыре часа утра услышал шум, который доносился из камеры № 117. Дверь камеры была приоткрыта, я туда заглянул и увидел следующую картину: подследственный Золоторотов избивает всех железным сегментом от шконки, не подпуская никого к подследственному Слепецкому, который что-то кричит. Лежащего на полу контролера Бердымухамедова я не заметил и, согласно инструкции, вызвал отряд охраны. Прибывший вскоре отряд охраны некоторое время не мог попасть в камеру, так как подследственный Золоторотов с железным сегментом от шконки их туда не пускал. Прорвавшись наконец в камеру и скрутив Золоторотова, мы обнаружили также лежащего на полу контролера Бердымухамедова с шишкой на лбу размером с куриное яйцо. В настоящее время Золоторотов находится в камере ШИЗО.

02.02.98 Ст. лейтенант Рядовкин

№ 86

Началник ЦЫВС

Полковник Баранов – кантрарел Бердымухамедов


Заявление

Залатаротав невыноват, Бердымухамедов выноват.

Бердымухамедов

№ 87

Начальнику ИЗ ЦИВС подполковнику Баранову Н. И.

от майора Грыжина Г. В.


Служебная записка

Предварительное расследование показало следующее: лежавшие на соседних шконках Золоторотов и Слепецкий шепотом разговаривали между собой. Короче, перетирали свои интеллигентские вопросы, потому как оба из той среды к нам попали. Спорили, ссылаясь на свои авторитеты: на Достоевского, Толстого и кого-то там еще, как наши урки на лично им знакомых воров в законе упирают. Одновременно в камере стало известно, что Слепецкий работает на оперчасть и даже его кличка – Пионер. И хотя там каждый второй на оперчасть работает, они решили со Слепецким по-своему разобраться, но тут Золоторотов выступил в его защиту, выломал из шконки железный сегмент и стал им во все стороны размахивать. В это время мимо проходил Бердымухамедов, услышал шум, в нарушение инструкций вошел в камеру один и в суматохе получил на отмашке железякой в лоб. То есть я хочу сказать, что в данном моменте происшествия Золоторотов скорее не виноват, чем виноват.

А Слепецкого тоже по-своему жалко. Он такой же заказчик, как и Филипп Киркоров – мужчина. Следствие это понимает, но пытается лицо сохранить, вот и держит его у нас. А тут еще на крючок оперчасти попал. Правильно сказано – гнилая интеллигенция, хотя этот Золоторотов – мужик крепкий, ты попробуй от шконки что-нибудь отломать. Хотя впереди у него жизнь невеселая. Но наказать придется. Так я думаю, а решать, как всегда, тебе.

Грыжин

№ 88

Секретно

04.02.98

Начальнику ИЗ ЦИВС подполковнику Баранову Н. И.

от начальника оперативной части

майора Светляка С. М.


Рапорт

Случившееся в ночь с первого на второе февраля ЧП в камере № 117, подтверждает то, что предлагалось в моих рапортах Вам от 12.12.97 г. и от 16.1.98 г. – направить Золоторотова туда, где ему место, а Бердымухамедова уволить. Если бы не мой Рядовкин, неизвестно, что бы мы сегодня имели: два трупа или даже больше. Возможно, вы не знаете или забыли систему современной агентурной работы, позволю себе ее напомнить. Она у нас двухступенчатая: на первой находятся доверенные лица – дээлы, на второй уже собственно агенты. Но есть еще третья ступень, о которой мечтает любой оперативный работник – идейные агенты. Они ненавидят преступный мир и работают не за страх, а за совесть. Благодаря их неустанной деятельности раскрыты десятки преступлений, заведено и доведено до суда соответствующее количество уголовных дел, в местах заключения отбывают срок и отдельные фигуранты, и большие преступные сообщества. Роль Слепецкого в расследовании дела московского Чикатило очень велика. Из него мог получиться прекрасный идейный агент, а из-за этого Золоторотова все пошло прахом. Очень трудно работать в такой обстановке.

Начальник оперчасти

майор Светляк С. М.

№ 89

ИЗ ЦИВС

ГУИН г. Москвы


Приказ № 35 от 04.02.1998

В связи с пограничным психическим состоянием направить подследственного Золоторотова Е. А. в специальное лечебное учреждение для дополнительного обследования.

Начальник ИЗ ЦИВС

подполковник внутренней службы

Баранов Н. И.

№ 90

Герман Штильмарк – Евгению Золоторотову

Перейти на страницу:

Все книги серии Самое время!

Тельняшка математика
Тельняшка математика

Игорь Дуэль – известный писатель и бывалый моряк. Прошел три океана, работал матросом, первым помощником капитана. И за те же годы – выпустил шестнадцать книг, работал в «Новом мире»… Конечно, вспоминается замечательный прозаик-мореход Виктор Конецкий с его корабельными байками. Но у Игоря Дуэля свой опыт и свой фарватер в литературе. Герой романа «Тельняшка математика» – талантливый ученый Юрий Булавин – стремится «жить не по лжи». Но реальность постоянно старается заставить его изменить этому принципу. Во время работы Юрия в научном институте его идею присваивает высокопоставленный делец от науки. Судьба заносит Булавина матросом на небольшое речное судно, и он снова сталкивается с цинизмом и ложью. Об испытаниях, выпавших на долю Юрия, о его поражениях и победах в работе и в любви рассказывает роман.

Игорь Ильич Дуэль

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Там, где престол сатаны. Том 1
Там, где престол сатаны. Том 1

Действие романа «Там, где престол сатаны» охватывает почти весь минувший век. В центре – семья священнослужителей из провинциального среднерусского городка Сотников: Иоанн Боголюбов, три его сына – Александр, Петр и Николай, их жены, дети, внуки. Революция раскалывает семью. Внук принявшего мученическую кончину о. Петра Боголюбова, доктор московской «Скорой помощи» Сергей Павлович Боголюбов пытается обрести веру и понять смысл собственной жизни. Вместе с тем он стремится узнать, как жил и как погиб его дед, священник Петр Боголюбов – один из хранителей будто бы существующего Завещания Патриарха Тихона. Внук, постепенно втягиваясь в поиски Завещания, понимает, какую громадную взрывную силу таит в себе этот документ.Журнальные публикации романа отмечены литературной премией «Венец» 2008 года.

Александр Иосифович Нежный

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза