Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

железо в надлежащий вид. Мое личное мнение относительно чистоты свое-

го отсека оказалось ошибочным. Особливо насчет моего мини-трюма. Ока-

залось, что он весь покрыт ржавчиной, подтеками масла, плесенью и так да-

лее. Глаз не радует. Устранить!

И я приступил. Следующие двое или трое суток я все тревоги и свобод-

ное время проводил в отсеке. Вылавливал своих матросов по каютам и та-

щил с собой творить порядок. Ежедневно нас проверял старпом, разносил

на чем свет стоит, докладывал в центральный о неготовности, и контроль-

ный осмотр корабля откладывался на другой срок. Единственное, что радо-

вало, так это то, что в таком состоянии находились все без исключения отсе-

ки корабля. Тогда меня такая постановка вопроса удивляла. С годами пришел

опыт, пришло и понимание. Всегда и все будет плохо, пока народ озадачить

нечем. Приборка – не средство достичь чистоты, а средство занять людей

делом без временных рамок.

В тот день в обед проиграли все обязательные тревоги. Через полчаса

должно было быть всплытие на сеанс связи, и по кораблю дали одну из па-

радоксальных флотских команд: «Не снижая боевой готовности, начать

большую приборку!» Вроде «война» продолжается, а вроде бы и нет. Затем

«Каштан» оповестил: «Старшинам отсеков получать приборочный материал

у интенданта в 5-бис отсеке!» Мой старшина сразу слинял. Получать, да и пе-

рекурить не мешало. Матроса-турбиниста вызвал командир группы в вось-

мой отсек собирать масляный сепаратор. Электрика высвистал комдив два

на пульт ГЭУ. Я остался вдвоем с матросом-водоподготовщиком Андреевым.

Немного погодя по корме прошел помощник командира, указать на недо-

статки. Завалив ко мне, он никуда не полез, а сказал, что моим трюмом осо-

бо недовольны и надо пройтись по нему ветошью еще разок, – контроль-

ный смотр после всплытия. Сказал и ушел. Внутренне я был не согласен

со старшим офицером, но по причине молодости возражать не стал, а при-

ступил к выполнению. Вытащил за шкирку из лаборатории Андреева, сунул

его в трюм и спустился следом.

Как я уже говорил, трюм у меня маленький и тесный. Трапик вниз

узкий. Помпа, трубы, клапана. Толком не развернешься. Андреев вниз

спустился. Следом я ему на голову высаживаюсь. Он посторонился, ме-

сто уступил. Стою. Высматриваю, что же еще отдраить в этом подваль-

чике. Мой бедный водоподготовщик рядом, с ноги на ногу переминается.

А вокруг мерзковато. Трюм ведь он и есть трюм. Вода, капли, помпа под

носом грохочет. Я для широты обзора назад к борту попятился. Ну и на-

ступил на напорный патрубок помпы, что за борт воду откачивает. А он

не из меди, а из многослойной резины в металлической оплетке. И вот

этот патрубок то ли от старости, то ли просто дефектный попался – взял

и раскрылся подо мной. Знаете, как старые шланги лопаются. То же са-

мое, но в другом масштабе.

Удар. Дикий шум и гул. Я даже не смог понять что случилось. Секун-

ды не прошло, как вода меня накрыла, а низкорослый Андреев вообще

пропал под бурлящим потоком. До сих пор не могу понять, как же я со-

156

Часть вторая. Прощальный полет баклана

образил, что помпу надо просто остановить. А пусковая станция рядом,

под рукой, три ступеньки по трапу вверх. Я к трапу. Одной рукой за него

хватаюсь, другой под водой Андреева ищу. Нащупал, выдернул за воло-

сы наверх. У того глаза как пятаки. Рывок наверх, накрыл рукой красную

кнопку, нажал. И тишина. Вода стоит, не прибывает. Обалдевший Андре-

ев к трапу прижался. Не уверен, что мы с моим матросом в штаны не на-

пустили, но благо, вода все смывает. Внезапно стало так холодно, что зубы

сами стали чечетку отбивать. Выполз наверх. Потом еле отодрал Андрее-

ва и помог ему вылезти.

Все произошло быстро. Испугаться, и то не успели. Вылезли на верх-

нюю палубу, а там «Каштан» надрывается голосом комдива три:

– Десятый, десятый! Белов! Дифферентовка плавает, что за вода у тебя

в трюме?

Я, перестукивая зубами, ответил:

– Есть десятый! Ра… раз… разрешите по телефону доложить?

Комдив три пришлого и неопытного молодого лейтенанта слушать

не стал.

– Что ты там заикаешься? Докладывай, сколько воды!

Я попытался собраться с мыслями. По сути, это авария. Поступление

воды в отсек. Но в мокрую и холодную голову дельные мысли не шли, и я са-

мопроизвольно прошептал:

– Да вроде с головой мне будет…

– Что? Сколько?

– Да патрубок тут развернуло… Полный трюм, короче.

Вот тут началось. Всевозможные перезвоны. Всевозможные меропри-

ятия. Вместо всплытия под перископ, аварийно всплыли в надводное поло-

жение. Очень большая удача, что сообразили воздух в отсек не подавать.

Уши целы остались. Переборку из девятого братья-турбинисты сразу же

задраили со всей механической надежностью, набросив на кремаль еру

болт. Нам с Андреевым осталось только, дрожа от холода, сидеть и ждать

развития событий. Я напрасно уверял центральный пост, что вода стоит,

помпа тоже, можно заходить в отсек без опаски. Куда там! Нас спасали

по полной программе. Так, как надо. Сейчас я с ними согласен. А тогда –

вода холодная, под ноль градусов, нам не во что переодеться. Обоих тря-