Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

шку. Есть еще один вариант: пробраться на нижнюю палубу 4-го отсека

484

Часть вторая. Прощальный полет баклана

и немного заняться спортом, а то и так жирку за последний месяц зримо

добавилось, но со слов вахтенного, туда уже спустился большой старпом,

а вот с ним мне в это время не по пути. Поэтому предпочтение отдается здо-

ровому сну подводника.

17.00. До чего же быстро засыпается днем! Так бы и ночью. А то шата-

ешься до двух часов и никак… А тут только голову положил, и все! Темнота.

Разбудил меня вахтенный отсека, тихонько поскребшись в дверь каюты.

– Тащ… малая приборка. Старпом сказал, лично вас разбудить…

Вот еще одна несправедливость: малая приборка. Идет она у нас полто-

ра часа. Про большую приборку и говорить нечего. Она может идти с утра

до ночи. Но на время приборки я опять должен идти на пульт и менять ко-

мандира отсека, чтобы он проруководил этой самой приборкой у себя в от-

секе. Раз старпом самолично… придется идти. Добрел, чертыхаясь, на пульт.

Упал в кресло. Предусмотрительный Мефодьич выставил у двери обрез с ве-

тошью, мол, и мы тоже убираем, а сами увлеченно гоняют со Скворцовым

в нарды. У Кости уже не сонный вид, пшеничные усы топорщатся вверх,

и вообще выглядит он молодцевато.

– Паша, грамулечку не хочешь?

Костик не алкаш, в общем понимании этого слова, он просто имеет свой-

ство так взбадриваться. И если одного алкоголь расслабляет и тянет в сон,

то на Костю он оказывает диаметрально противоположное действие. Его это

бодрит. Само собой, такой допинг на корабле строго-настрого запрещен,

но, как известно, если нельзя, но очень хочется, то можно! Главное, не пе-

ребарщивать.

– Не-а… Я лучше чайку, а то опять в сон потянет… – отказываюсь я. От-

кровенно говоря, я вообще опасаюсь принимать спиртное в походе. Через

недельку после погружения, состав воздуха меняется на 100 %, и мы начина-

ем дышать искусственным воздухом, полученным из морской воды. И как-

то раз я заметил, что в такой атмосфере лично на меня сила воздействия го-

рячительных напитков увеличивается многократно. От одного самого эле-

ментарного граненого стакана могу впасть в откровенно свинячье состояние.

Костя физиологически реагирует на спирт в море по-другому, поэтому ино-

гда прикладывается в целях борьбы со сном.

Пока идет приборка достаю книжку и читаю, прихлебывая чаек. Пери-

одически забегают комдивы, то за забытыми тетрадями, то еще за чем. Так

за нардами, книгами и чаем незаметно подходит час окончания малой при-

борки.

18.30. Смена прибегает без задержки. Хитрый Вавакин успел во время

приборки и перекурить, и побриться, и умыться, и сделать еще массу полез-

ных для себя дел, и поэтому прибывает минут за пять до ее окончания.

– Закончить малую приборку! Третьей смене приготовиться

на ужин!

Опять гонки. Бегом в курилку. Бегом на ужин. Промежуток с 18.30

до 24.00 – самое живое время на корабле. Во-первых, ужин. Обед и ужин

на лодке как бы и не отличаются друг от друга ничем. Ну там нули, первое,

второе, закуска. Но! Обед – прием пищи, на который может и половина эки-

пажа не прийти, пожертвовав им ради сна, поэтому и продукты на обед идут

попроще. А вот на ужин идут все. Старший в походе, командир, старпомы

и прочие, причем практически одновременно. Поэтому-то ужин и есть са-

мый главный прием пищи в походе! Самый вкусный. Самый обильный. Са-

485

П. Ефремов. Стоп дуть!

мый посещаемый. Но скверно то, что мы едим первые. Нам заступать через

час, но мы можем начать ужинать и на двадцать минут позже, и на полчаса,

пока не придет командир или адмирал, без них даже заступающей вахте же-

вать не разрешается. Непорядок, ежели каперанг или адмирал обед не бла-

гословил. Правда, потом никто на это сноску не делает. Пусть ужин начнет-

ся даже в 19.30 – ты и ешь, и одновременно будь на разводе, и даже заступи

на вахту. Командиры наши ведут себя, как баре, по-другому и не скажешь.

Это ж, наверное, так приятно чувствовать, что от тебя, даже в этом люди за-

висят. И их совсем небольшое свободное время…

Сегодня командиру, видать, очень хотелось перекусить, поэтому ужин

начался без задержек. Борщец, курочка с рисом, винегретик, все вкусно

и пристойно. Не спеша переоделся в каюте и пошел на перекур. Очередь

в курилку большая, но заступающую смену пропускают без очереди. Пере-

курил. Вернулся в каюту. Сегодня на вечерней вахте буду заниматься пере-

плетением книг. Захватил с собой подшивку. Остальные принадлежности –

на пульте в сейфе. Пошел на развод.

19.45. Развод. Сейчас самое оживленное время на корабле, поэтому

и развод проходит сурово и не буднично. Мимо строя прошествовал адми-

рал Поломоренко, попутно спросив перепуганного трюмного из 3-го отсека

об особенностях ядерной аварии на подводной лодке «К-…» в 1968 году. Вы-

яснилось, что трюмный об этой аварии никогда не слыхал, да он и не родился

тогда еще, а по уму и знать ему таких тонкостей не надо. Но помощник полу-

чил втык, и ему было поставлено на вид. Адмирал же величаво прошествовал

в кают-компанию, вкусить хлеба насущного с цыпленком-табака.