Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

ла без непредвиденных сбоев и поломок. Где-то на тридцатые сутки похода,

после очередного сеанса связи на пульт ГЭУ пришел уже одуревший от вы-

нужденного безделья флагмех и, усевшись на топчан, заявил:

– Москва внесла коррективы в планы. Пойдем еще южнее. Думаю, пора

переводить холодилки в ПЭЖ. Вызывайте комдива и командира со старши-

ной турбогруппы в корму.

И дальше все пошло опять же по будничному. Холодилку 9-го отсека

перевели на большое кольцо кондиции, холодилку 8-го остановили, и на-

чали готовить ее к работе в пароэжекторном режиме. Не спеша, вдумчиво

и не дергаясь. Но уже через сутки оказалось, что работать в ПЭЖе холодил-

ка отказывается категорически. Не хочет и все. Не держит давление, и во-

обще, образно говоря, показывает турбинистам язык и жеманится, как гим-

назистка. Турбогруппа во главе с комдивом и примкнувшим к ним флагман-

ским постепенно начала переселяться в 8-й отсек, а весь корабль продолжал

жить своей жизнью, еще не представляя, что его ждет дальше. Прошло еще

несколько дней. И тут я неожиданно заметил, что проснулся в своей каюте

на мокрых простынях, да и сам влажный, как после душа. На корабле ста-

ло заметно теплее. Спальный 5-бис отсек и до того не самый прохладный,

неожиданно превратился в своего рода предбанник, откуда хотелось куда-

нибудь свалить. Заступив на вахту, мы узнали, что за ночь температура за-

бортной воды значительно повысилась, что означало вход корабля в какое-

489

П. Ефремов. Стоп дуть!

то теплое течение. Потливость, неожиданно навалившаяся не только на эки-

паж, но и на группу «К», во главе с командиром и ЗКД озадачила и вызвала

у них неуемное раздражение. На ковер в центральный пост были незамедли-

тельно вызваны флагманский, механик, комдив, командир турбинной груп-

пы и, к нашему изумлению, зачем-то оба управленца.

– Ну что, механические силы, обосрались?!

ЗКД был строг и суров. На его насупленных бровях и грозно топорщив-

шихся усах висели капельки влаги, а со лба и залысины они вообще безоста-

новочно скатывались вниз, орошая лицо и палубу.

– Механик! Что за бл…? У нас что, холодилки вообще не работают?!

Я пока обедал, промок весь до исподнего! Докладывайте!

Механик, милейший и интеллигентный человек, у которого самым

страшным ругательством было слово «негодяй», начал негромко и спокой-

но объяснять, что, мол, ввод в пароэжекторный режим – операция слож-

ная, командир группы вообще первый раз это делает, но мы ее все равно за-

пустим, да и предупреждать заранее надо, что идем чуть ли не в тропики…

Последнее просто вздыбило ЗКД.

– Кого предупреждать? Вас? Матросов? Может еще и американцам со-

общим, куда идем? Механик, вы офицер, вы командир электромеханической

боевой части, вы ответственны за готовность корабля к выполнению всех,

я повторяю: всех поставленных задач! Даю вам еще шесть часов! Все ясно?

Механик, с каменным лицом выслушавший монолог ЗКД, кивнул го-

ловой.

– Так точно, товарищ капитан 1 ранга! Разрешите вопрос?

ЗКД обтер лоб ладонью, брезгливо стряхнув пот на палубу.

– Разрешаю!

– Мы долго еще на юг будем двигаться?

Каперанг, уже стравивший весь негатив и раздражение и превратив-

шийся в более или менее нормального человека, вздохнул.

– С неделю точно… Что, все так плохо, мех?

И тут подал голос молчавший до этого командир:

– А что хорошего? Турбинист молодой, да и вдобавок прикомандиро-

ванный, техники еще позавчера матросами были, а самих матросов отовсю-

ду собирали до последнего дня. Один старшина команды опытный, но его

на два отсека физически не хватает… Да и корабль, загнанный в дупло… Вы

и сами в курсе…

Каперанг, слушая командира, механически покачивал головой.

– Да все так! И сам знаю… Если не запустите холодилку, неделька та-

кая будет… Как в молодости…

Потом повернулся к флагманскому.

– Анатольич! Все силы БЧ-5 в корму! Постарайтесь… Пожалуйста…

Прошло два дня. За это время холодильная машина 8-го отсека три раза

выходила на рабочий режим, но через пару часов переставала держать дав-

ление и валилась. За бортом к этому времени потеплело, как в Сочи в нача-

ле сезона. Самыми прохладными местами на корабле стали ракетные от-

секи, где климат поддерживался собственными локальными холодилками

первый торпедный отсек, в котором всегда было традиционно холодно, и де-

сятый, где греть воздух было попросту нечем. Слава богу, холодильные ма-

шины провизионок работали без сбоев, и продовольствие портиться не на-

чало. В остальном корабль был уже не предбанником, а сауной в процессе

490

Часть вторая. Прощальный полет баклана

разогрева. Особенно тяжко приходилось на пультах и боевых постах 3-го от-

сека, где масса приборов и ламп без охлаждения нагревали воздух внутри

выгородок чуть ли не до пятидесяти градусов. А при включении вентилято-

ра на пульте ГЭУ из ветразеля начинал дуть влажный горячий воздух, хотя

и забирался он из трюма. Вообще, третьему отсеку, в котором было сконцен-

трировано все управление кораблем, приходилось несладко. С ним мог срав-

ниться только 5-бис отсек, в котором готовили пищу и спали. В обоих отсе-