Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

та должен был прибыть к 10.00, и поэтому, не теряя время, объявили малую

приборку. Мимоходом услышал, что и вчера были «потери» в виде несколь-

ких перебравших военнослужащих, но из-за серьезности момента разбор-

ки с ними оставили на потом. На проверку флотом пришлось под РБ надеть

рубашки с галстуками и пилотки, отчего все сразу стали похожими на «бо-

таников» из центрального аппарата ВМФ на экскурсии. Проверка в основ-

ном касалась ГКП, но пару фруктов все же пошлялись по кораблю, и кое-где

даже наделали кучу замечаний. Но все же основной шторм бушевал в цен-

тральном посту, хотя и к нам спустился один импозантный каперанг, дол-

го листавший журналы, а потом поинтересовавшийся, кто у нас турбинист.

Узнав, что это молодой старлей, он насупился, но когда узнал, что старшиной

команды является старший мичман Птушко, жутко обрадовался, заявив, что

тот у него тоже был старшиной, когда он был лейтенантом, и умчался в 8-й

отсек переговорить с бывшим сослуживцем. На том проверка БЧ-5 штабом

флота закончилась, так и не начавшись. А потом реальная жизнь очередной

раз вступила в свои права, когда чуть ли не на головы проверяющих через

люк 5-бис отсека посыпались консервные банки с сайрой в собственном соку

и бумажные мешки с вермишелью первого сорта. То было очередное явле-

ние интенданта Косоротова с очередным «КамАЗом», и когда штаб флота по-

кидал корабль, весь пирс уже был завален бумажными упаковками из-под

сыпучих продуктов, и усеян просыпавшимся из порванного мешка рисом.

Как и ожидалось, проверка штабом флота была если не чисто формальной,

то очень к этому близкой, и совсем не стоила того, как мы к ней прихораши-

вались. Резюме штаба флота было простое и категоричное: ракетный подво-

дный крейсер стратегического назначения «К-…» к выполнению основно-

го мероприятия готов! А потому завтра – ввод ГЭУ в действие! Эту радост-

ную весть мы услышали из уст командира на построении в обед и чуть было

не расслабились, полагая по своей советско-детской наивности, что сейчас

всех, кроме вахты, отпустят по домам, если не отдохнуть, то уж хотя бы по-

прощаться по-человечески. Как это всегда было, есть и будет, мы неверно

оценивали степень милитаризма нашего командования. Командиром, в более

мягкой, но все же категоричной форме, было приказано устранять замечания

всех проверок до ужина, а если времени не хватит, то и до утра. Народ молча

и обиженно проглотил услышанное и, спустившись вниз, рассредоточился

по каютам, позвякивая шильницами и вскрывая банки с позаимствованной

с погрузки сайрой. Мне это было уже все равно, так как после выхода из бо-

евого дежурства я снова заступал на вахту по ГЭУ, на которой мы с первым

управленцем в обычное время стояли через сутки. После доклада в 18.30 ко-

мандир все же распустил по домам всех, не стоящих на вахте, а сам, приказав

его разбудить только в случае ядерной войны, убыл в каюту, откуда не появ-

лялся до самого утра. Народ до этого времени успел здорово поддать, но, судя

по всему, и командир, и старпом, и все остальные начальники принципиаль-

но надели розовые очки и пьяненьких не замечали в упор. Через полчаса ко-

471

П. Ефремов. Стоп дуть!

рабль практически опустел. Вахтенным инженером-механиком заступил мой

друг, капитан 3 ранга Витька Голубанов, бывший управленец, а ныне ком-

див три. Сам свинтить с корабля даже на час он не мог, а вот прикрыть меня

на несколько часов был способен без лишних хлопот. Самому ему светило

попасть домой только назавтра ночью, и дай бог, на пару часов, поэтому он

понимающе выпихнул меня даже раньше намеченного мной срока, правда,

в обмен на то, что я принесу закусочки и мы посидим, так сказать, на посо-

шок, перед расставанием с базой. Дома я уже по-настоящему попрощался

с женой и сыном, опрокинул пару рюмок для порядка, и, загрузив напосле-

док портфель всем, что позабыл, уже в 00.30 был на борту корабля.

21 ноября. Посидели мы с Витькой знатно, правда, несколько перебор-

щив с градусностью разбавленного шила, отчего проснулись оба за несколь-

ко минут до подъема флага, едва успев выскочить на построение. Старпом

покосился на наши «заспанные» лица, но промолчал, ибо и без нас хвата-

ло влетевших и опоздавших. Офицеры и мичманы прощались с любимы-

ми, семьями и берегом широко и серьезно, стараясь взять от жизни все, что

не успели раньше, за те скупые часы, которые флот со скрипом и нехотя им

подарил. Комендантская служба кроме пары-тройки наших мичманов, опро-

метчиво отправившихся домой в канадках, задержала еще и двух матросов

возле магазина, да и в самом строю наблюдались товарищи, стоявшие среди

сослуживцев явно на честном слове. По правде говоря, самым бодрым вы-

глядел только командир, выспавшийся и посвежевший. На удивление, ника-

кого громогласного бичевания провинившихся не произошло, и командир

довольно миролюбиво и даже несколько умиротворенно поручил всем на-

чальникам разобраться с «залетчиками», приказал старпому послать кого-

нибудь из старших офицеров из числа люксов в комендатуру за задержан-

ными. А затем объявили ввод ГЭУ в действие…