Читаем Стихия полностью

— Любые вопросы, — повторил Макс. По телу протопали мурашки. Я не хотела задавать этот вопрос, но ответ на него услышать было жизненно важно.

— Как ты думаешь… Твой брат тебя простил? — еле слышно проговорила я, тут же мысленно уничтожив себя. Задавать подобный вопрос было жестоко по отношению к Максиму, но проявления эгоизма слишком часто берут надо мной верх. Бледно-голубые глаза распахнулись в удивлении, но почти сразу заполнились непередаваемой тоской, так тщательно скрываемой. Незнающий человек ничего бы не увидел, но от меня, чувствующей то же самое, что-либо скрыть было невозможно.

— Я не знаю, — медленно произнес Максим, и настала моя очередь удивляться. Я была практически уверена, что он ответит положительно, но, оказывается, не одну меня терзали вопросы. — Я могу лишь надеяться на это, но думать так или знать наверняка… Я часто думаю: а не рано ли я себя простил, не имея представления о том, простил ли меня он? Говорю себе, что по-другому бы я просто не выдержал этой жизни, но такое оправдание ничтожно. Остается только надежда. Последняя, как всегда, — проговорил Макс, едва заметно улыбнувшись. Его улыбка, состоящая из светлых воспоминаний и горечи, еще раз напомнила мне, что я не должна была спрашивать об этом.

— Прости еще раз, но я правда хотела услышать ответ, — извиняющимся тоном пробормотала я. Значит, он тоже мучается сомнениями. Значит…

— Вопрос номер два? Из того же раздела? — спросил Макс, вернув своему взгляду прежнее спокойствие. Быстро же он восстанавливается.

— Нет, из другого… Скажи, как ты относишься к предателям? — выпалила я, боясь услышать слишком жесткие слова. Максим изумленно провел рукой по волосам, наверняка не понимая, зачем я все это спрашиваю.

— Никак не отношусь, в моей жизни их нет, — ответил он и, поймав мой взгляд, явно говорящий "такого не бывает", пояснил:

— Вот знал я человека, дружил, любил, ну, в общем, был он в моей жизни, а потом предал. Думаешь, я убиваюсь, строю планы мести, посылаю проклятия? Я просто вырываю страницу из книги своей жизни, связанную с этим человеком. Так легче, как бы больно ни было поначалу. Вот и все.

Я перевела взгляд на замурованное пламя. Узнай Макс о том, что было, и тем более о том, что я собиралась сделать… Меня бы уже не было в его жизни? От этой мысли даже жить на несколько секунд расхотелось. Пришлось в срочном порядке взять себя в руки. Посмотрев на Максима, я поняла, что все-таки испортила ему настроение, пусть незначительно, но все же.

— И последний вопрос. Он будет из первого раздела, — предупредила я, давая Максиму несколько секунд на моральную подготовку. Я и вправду садистка. — Если бы у тебя был шанс спросить своего брата, простил ли он тебя, ты бы им воспользовался? — осторожно, выговаривая каждое слово, произнесла я. Макс внимательно на меня посмотрел и задумался. Сама того не осознавая, я чувствовала, что от его ответа зависят мои дальнейшие действия и судьба в целом.

— Да, я бы воспользовался таким шансом, — ответил Максим, на этот раз ограничившись одной фразой. Я замерла и ощутила, что у меня снова поднимается температура. Отголоски лихорадки напомнили мне о том злополучном дне и дали понять, что мои желания сильнее меня самой. Вот и все, как сказал Максим. Кстати, после кошмарного допроса нужно поднять ему настроение.

— Ты ведь сегодня в моем распоряжении? — состроив хитрую гримасу, спросила я. Он бросил на меня не менее хитрый взгляд.

— Я уже думаю, что не надо было давать опрометчивых обещаний. Хотя я пока не знаю, что ты собралась со мной делать, поэтому да, в твоем.

— Тогда сейчас будет белый танец. Пойдем?