Читаем Стихия полностью

— Может, я всегда так думала, — не отступала я, решив стоять до конца, каким бы скорым он ни оказался.

— Снова ложь! — воскликнула Грета, и мне становилось все сложнее скрывать свой страх перед ней.

— Говорю в последний раз: я вам не лгала, — повторила я, уже сама не понимая, кто враг, а кто друг. Главное, чтобы никто не узнал про ритуал и, следовательно, про Краймиуса. Глаза женщины почернели, но в момент, когда я ждала пыток, проклятия и чего-то в этом роде, в обеденный зал ворвался Николай.

— Грета, Луниме стало плохо! — запыхавшись, сообщил он. Хранительница вернула глазам прежний цвет и нехотя от меня отвернулась.

— Что случилось? — сменив гнев на беспокойство, спросила она. Надо же, какие актерские способности пропадают.

— Ее дух застрял в пространстве! — выпалил Хранитель. Видимо, это было что-то очень плохое, так как Грета моментально про меня забыла и выбежала из зала. Николай убежал следом.

Я сидела, уставившись в стол и не желая верить, что смогла сказать Грете такое. Она ведь теперь не отстанет, пока не доберется до правды! Ну и пускай добирается, главное, успеть совершить ритуал, а потом хоть на эшафот. И все-таки почему Грета упорно молчит про Лабиринты Теней? Чего-то боится? Значит, я должна говорить правду, а она пусть врет? Черт, как же я теперь ее боюсь-то! Так, стоп, тогда какого черта я все еще здесь?

Выскочив из-за стола, я выбежала из обеденного зала и в кого-то врезалась. Осторожно подняв взгляд и увидев, что это Максим, я чуть не расплакалась от счастья и вцепилась в него не раздумывая.

— Эй, Ник, что с тобой? Ты же вся дрожишь. Что случилось?

— Уйдем отсюда, Макс, давай просто уйдем отсюда, — твердила я, пытаясь успокоиться. Что, в принципе, неплохо получалось благодаря тому, что Максим гладил мои волосы и что-то говорил.

— Уже уходим, Ник, не бойся, я с тобой. Чего ты так испугалась? — спросил он, когда мы уже подходили к воротам. Но я отвечать отказывалась и только сильнее в него вцепилась. Макс явно не был против, поэтому до гостиницы мы так и дошли в обнимку, вызвав перешептывания горожан. Все, теперь в газетах напишут о романе года и на первую полосу поместят нашу фотографию. Кстати, здесь вроде нет газет.

Добравшись до гостиницы, мы поднялись на наш этаж и остановились.

— Пойдешь ко мне, я теперь тоже боюсь тебя одну оставлять в таком состоянии, — произнес Максим, пытаясь посмотреть мне в глаза. Больше всего на свете я желала согласиться, но как я объясню ему свое состояние? Что скажу? Что меня напугала Грета? Тогда придется говорить и про все остальное, а этого я сделать никак не могла. Ритуал, ритуал…

— Нет, я к себе. Все будет нормально. Я уже почти успокоилась, сейчас поплаваю и приведу себя в порядок, — сказала я, все еще трясущимися руками отстранившись от Максима.

— Ник, прости, конечно, но что-то мне не верится. У тебя чересчур испуганный вид, — признался мой огненный друг.

— Да какого ж хрена вы мне все не верите! — не выдержала я, плохо сдерживая слезы, и умчалась в свою "квартиру". Закрыв дверь на замок, я больше не смогла сделать ни шагу, поэтому села прямо возле двери. Слезы текли ручьями, потому что моя нервная система не выдерживала. Никогда не думала, что допрос с участием Хранителя может вызвать такой ужас. Этот ужас смешивался с желанием вернуться к Максиму, потому что рядом с ним мой страх отступал, но, черт возьми, я не могла этого сделать! Снова придется выдумывать очередную ложь, а из-за нее я так себя ненавидела. Поскорее бы вернуться к горам, провести ритуал, распрощаться с Краймом, рассказать все Грете… Нет, ничего я ей не расскажу, после нашего разговора я перестала ей доверять совершенно. Как я раньше не замечала этот холодный взгляд, эти лживые интонации? Кому верить, кому верить?..

— Господи, я запуталась, — глотая слезы, прошептала я. — Что мне делать?