Читаем Спутанные частицы (СИ) полностью

– У вас одноуровневая аутентификация, – заметил «толстый». – Для рамки перехода необходима, как минимум, трёхуровневая.

– Что значит «необходима»? – пока ещё недоумённо улыбнулся Альберт. – Там же есть антропометрическое подтверждение личности! Я прописан в Лиловом квартале[14]! Я еду на Бал! Вы в своём уме?!

– Может и едите, – вздохнул охранник. – Но в последнее время участились случаи подлога. У меня инструкция. С одноуровневой бандиткой[15], конечно, из Башни в Оболочку вполне можно, – патрульный хохотнул, – А вот обратно только по предписанию. У вас есть предписание?

– Нет, но я впервые встречаюсь с такой возмутительной процедурой. У нас в Башне...

– Вы не в Башне! – зло прервал Альберта охранник. – Поэтому сидите тихо. До выяснения. Отправим запрос. Проверим. Настоящий вы или ряженый. Разберёмся.

– А сколько займёт эта… проверка? – поинтересовался Кунц, чувствуя внутри себя какую-то гулкую пустоту.

– Номинально ответить обязаны в течение двух часов, – пояснил второй охранник, делая пассы руками в переливающимся киселе тактилизатора. – Я запрос уже сформировал.

– Я не могу столько ждать! – воскликнул Альберт, холодея. – Я…

– Обычно отвечают быстрее, – успокоил его блюститель. – Через час или раньше…

– Час – это тоже очень много! – Кунц лихорадочно прикидывал, успеет ли он тогда на репетицию или, в крайнем случае, сразу на премьеру. – Я опаздываю! Тороплюсь! У меня самое важное в жизни мероприятие! – он перевёл взгляд на грузного охранника, но тот только традиционно пожал плечами.

От досады Альберт скрежетнул зубами и тут его взгляд скользнул ниже. На левой брючине, чуть выше колена темнело хоть и небольшое, но заметное пятнышко, явственно выделяясь на кремовом фоне. Кунц оцепенел и перестал дышать. Пятно было идеально круглое, но от его краёв уже начинала расползаться неряшливая клякса, всё сильнее пропитываясь в ткань. Видимо, пока Альберта вели между котлов, на его брюки отскочила капля растительного жира.

Кунц с ужасом в глазах резко привстал на стуле и принялся лихорадочно вытаскивать из бокового кармана брюк упаковку компакт-септов. Салфетки, как живые, зацеплялись за внутренний край кармана, и аудинбрахер от отчаяния едва не разорвал материю по шву.

Оба охранника прореагировали на резкие эволюции подопечного почти одинаково – вначале вздрогнули, а потом также привстали со своих мест.

Септы, наконец-то, Альберту удалось извлечь, и он со сверхъестественной быстротой принялся тереть салфеткой пятно. Через каждые три секунды он приостанавливал своё занятие, проверяя, пропала клякса или нет. Единственное, к чему привела такая запоздалая помощь – пятно стало блёклым и неярким, но, естественно, не пропало совсем. Оно даже увеличилось краями, от влажной субстанции ткань впитала жирную основу на больший радиус.

Кунц в полном отчаянии смотрел на мокрую потемневшую штанину и представлял себе, как непрезентабельно это будет выглядеть на Балу. От такого представления ему захотелось заплакать.

Через пять минут Альберт понял, что он опоздает. Большой охранник куда-то ушёл, а маленький продолжал копаться в тактилизаторе, что начинало ощутимо раздражать. И тут взгляд аудинбрахера упал на тянущийся вдоль паровых шкафов коридор. Тоннель был на удивление прямой и – о, чудо! – в конце, в маленьком окошечке просвета пронёсся, вдруг, узнаваемый штрих.

«Вертикальный лифт! – осенило Кунца. – Можно добраться до перрона!»

Он украдкой глянул на оставшегося его сторожить блюстителя. Тот самозабвенно копался в «киселе», дудя сквозь зубы какой-то мотивчик, настолько занятие его поглотило. Альберт снова посмотрел вдоль коридора – белый просвет манил почти непреодолимо. И тогда Кунц решился.

Он медленно и осторожно сполз с топча и чуть переместился вбок. Охранник не прореагировал, увлечённый рассматриванием на проекции ярких видеом. Альберт присел на корточки и, смешно и нелепо передвигая согнутыми ногами, проследовал к переборке конторки. И снова патрульный ничего не заметил. Тогда Кунц, как заправский спринтер, рванул с низкого старта и понёсся по заветному коридору. Уже где-то ближе к концу тоннеля он услышал запоздалый крик, но только ускорил бег. Выскочив на перрон, Альберт со всего маху влетел в какого-то бедолагу, тащившего поднос с несколькими железными обеденными приборами. Сервисник[16] отлетел в сторону, едва удержавшись на ногах, но поднос и всё его содержимое грохнулось на плиты и разлетелось в стороны с оглушающим грохотом и звоном.