Школьный двор. Девочки–старшеклассницы чинят разборки. После фразы «Да ты овца!» одна из старшеклассниц валит другую на землю и бьет ногами. За происходящим наблюдает человек в капюшоне, его руки засунуты в карманы. К нему подходят двое крепких ребят явно не школьного возраста в спортивных костюмах, срывают капюшон. Под ним — больное, испуганное, желтое лицо урода. Урода отводят в сторону и начинают бить. Молча, без криков, но на совесть.

По ночной улице идут в обнимку мужчина средних лет и молодая симпатичная девушка. Проходят мимо сидящих на ограждении гопников, невольно ускоряя шаг. Вслед им — смех, свист, один кричит: «Перепутала! Перепутала!» Мужчина останавливается, оборачивается, девушка хватает его за руку и сквозь зубы говорит: «Идем!» Но поздно, их догоняют. Через несколько минут мужик с разбитой головой лежит на асфальте неподвижно, а девушка визжит: «Папа! Папочка!»

Сходка закончилась, люди прощаются с хозяином. Самый старый и самый толстый из гостей протягивает губернатору лапу, поросшую рыже–седым волосом, унизанную золотом. С чуть заметным акцентом говорит:

​ — Давай, Олег! Найдем этого пыдараса!

​ — Спасибо, Бадри. Спасибо. Пора город спасать.

​ — Скажи толко, — говорит Бадри уже тихо, стоя к губернатору вплотную — ты ни в какую нас блуду не втравишь?

​ — О чем ты?

​ — Эээ, выборы–шмыборы. Прости, так спросил просто. Не хотелось бы перед пацанами петрушкой быть потом.

​ — Бадри, я тебе отвечаю, все как я сказал. До сих пор не подводил тебя. И ты меня не подведи.

Обнимаются, целуют друг друга в щеки, хлопают друг друга по плечам.

Оставшись один, губернатор садится на диван. Он прекрасно выглядит.

14.​ Штаб

Помещение без окон. Лампы дневного света. На одной стене висит белый экран, на другой — карта области и подробный график работ. Длинный стол темного дерева, за ним сидят люди неофисного вида. Технолог Павел Анатольевич отличается от других — он сегодня в костюме с галстуком, надушен парфюмом, имеет торжественный вид.

​ — Итак, друзья мои, — приветствует он собравшихся, — сначала о хорошем. Все ваши гонорары до конца кампании я получил. За это не переживайте. Что касается премии в случае выигрыша, об этом разговариваем сейчас с Олегом. Сам факт он подтвердил, что касается конкретных цифр, тут идут качели. Думаю, сегодня–завтра мы это утрясем. Теперь по СМИ. Вчера внезапно позвонил Непомнящий и спросил, не хотим ли мы у него что–нибудь разместить.

Взрыв хохота за столом.

​ — Спокойнее, друзья, спокойнее. Гниды почуяли, куда ветер дует, теперь они будут за нами бегать. Я, честно говоря, не вижу необходимости им платить. Ситуэйшен перевернулся. Пусть они нам платят, если хотят. Теперь по врагам. Семен?

​ — У едросов все как обычно. Пикеты, буклеты, креветки–салфетки. 38 щитов насчитали сегодня с Лешей. Завтра ожидается приезд Володина.

​ — То есть до выборов осталась неделя, и тут он, наконец, приезжает? Красавчик! — не сдержался кто–то за столом.

​ — С губернатором встречаться не планирует, — хладнокровно заканчивает Семен.

​ — Как и губернатор с ним. Кто он такой вообще?

Все снова хохочут.

​ — Что с Мищенко?

​ — По всему слился. Агитаторов нет уже неделю. Возможно, ляжет под Володина. Если тот захочет.

​ — А тот захочет!

​ — Никитин! Шутник, бля!

​ — Паша, а что, кстати, клиент, как он? Вышел из штопора?

​ — Олег вообще радует. В полной завязке. Работает плотно. Говорит все, что мы ему скажем. Рома Никитин, тебе отдельное спасибо. Олег говорит — текст ложится. Передай райтеру, что он сработал на совесть.

​ — Лучше деньгами, Паша.

​ — Обсудим потом. Извините, друзья, сейчас у меня срочная встреча с людьми Володина.

​ — С КЕМ?!

​ — С кем слышали. Они что–то хотят предложить.

Очередной взрыв веселья.

​ — Ребята, а вы слышали, что в городе происходит? — спрашивает девочка–юрист. — Якобы маньяка ловят. Кого–то до смерти забили.

Повисает гнетущая тишина.

15.​ Бар «Фредди»

Под плачущий русский рэп две девушки профессионально полуснимают с себя одежду на подиуме.

— Тишина ведет на яркий свет ночей!

А я бы тебе все отдал, да только я и сам ничей!

Егор и Дмитрий в кабине курят кальян. Прежнего спутника Егора не видать. Атмосфера расслабленная. Периодически в кабину, улыбаясь, заглядывает Лиза.

​ — Ну, как дела–то вообще? — интересуется Егор.

​ — Да как дела, живем, хлеб жуем. Дожевываем… — Латкин криво улыбается.

​ — Есть у меня к тебе тема…

​ — Внезапно у всех есть ко мне тема. А тебе–то чего, Мищенко же слился?

​ — Друзья попросили поговорить. Фанаты твоего творчества, — Егор тоже как–то криво улыбается, — Они работают на Володина. Регион не знают, времени в обрез. Им нужна убойная чернуха на Олега. С деньгами там не очень, Володин, сука, жадный. Но хоть что–то. Интересует?

Он протягивает Дмитрию шланг. Тот, прежде чем ответить, задумчиво вдыхает дым, выпускает через ноздри, пускает колечки.

​ — А почему, — новая затяжка, — с деньгами–то не очень? Они же, сука, всю Россию раком поставили.