Читаем Смена климата полностью

Ну, может, и правильно делал. В конце концов, Маркс учит, что у большинства восстаний причины сугубо экономические, и вряд ли он так уж сильно ошибается.

Демон явился сюда две ночи назад. И всех убил. Очевидцев не нашлось, события пришлось восстанавливать наугад, но не сказать, чтоб это было так уж сложно.

Резиденцией здешнего — тогдашнего — прелата был, как водится, клуб, занимавший целиком двухэтажный домишко старой постройки. Клуб превратился в каменную крошку, прелат и его присные — в пыль, люди… от людей осталось больше влажных и крупных фрагментов, но начавшийся после разрушения здания пожар почти уравнял их с вампирами.

Порядок навели уже на следующий день. Списали все на землетрясение.

Над тем, чтобы разрушение резиденций в восьми других миссиях тоже приняли за землетрясение еще предстояло поработать, но здесь это было проще, чем дома. Дома бы сначала вынули душу из всех ирландцев в тийре, и лишь потом стали рассматривать какие-то другие версии, кроме терактов. Ну да ладно, создание правильного представления о событиях было работой дневной, рутинной и не интересной. А сейчас и здесь, в огороженной пластиковым барьером яме, оставшейся от клуба, Ясаки собирался начать охоту на демона. И это ни в какое сравнение не шло ни с одной дневной задачкой.

Процесс охоты сам по себе Занозу, правда, тоже не слишком интересовал. Чего там, в самом деле? Берешь след, идешь по следу, настигаешь добычу. Но сегодня они охотились на того, кто охотился на них. На парня, который оставляет от каменных домов с толстенными стенами обломки, размером с кулак, а что делает с вампирами, вообще, непонятно. Но чем бы это ни было, действовало оно безотказно.

Искать такую добычу — захватывающее занятие.

Хасан, правда, так не считал, Хасан полагал, что делает работу, нежеланную, но необходимую. Не умел он вносить в свое существование ни красок, ни эмоций, еще и отбивался, когда это делал Заноза. Пытался отбиваться.

Зато Ясаки было интересно. А ведь выглядели они с Турком одинаково серьезно. Казались одинаково скучными.

Японец открыл свой кейс, стал собирать лук — композитные пластины, кевларовая тетива, никакой лишней оснастки, зато узоров, как будто эта штука была церемониальной, а не боевой. Лук получался цельным — девятифутовая, сложно изогнутая полоса, вся в цветах и птицах. Стрелы, уложенные каждая в свое гнездо в крышке кейса, тоже были изукрашены, от оперения до филигранных наконечников. И перчатки, которые Ясаки натянул, когда закончил сборку лука, тонкие перчатки с дополнительной прослойкой кожи под большим пальцем, украшал узор из каких-то ползучих цветов и птиц. Ползучих.

Птицы ползали, как цветы, цветы — как птицы… нет, лучше было об этом не думать.

Ясаки хмыкнул и глянул искоса:

— Тебе стоит больше времени уделять каллиграфии.

— Ты уже говорил.

— Теперь буду настаивать. Твой разум нужно держать в узде, никто кроме тебя на это не способен.

— Мистер Турок справляется, — буркнул Заноза.

Теперь он получил косой взгляд еще и от Хасана. Ну, конечно! Эти двое, вроде как, оба его любят, да? Что ж тогда он их обоих так бесит?

* * *

Хасан не думал, что может как-то влиять на хаос в голове Занозы, но считал, что влиять и не нужно. Минамото же оставался верен себе, стремился переделать, изменить, испортить. Он давно понял, что Заноза любит учиться, и пытался использовать это в своих целях. Что ж, удачи. По мнению Хасана, японца ждал сюрприз. Неизвестно какой, но определенно неприятный.

Не нужно переделывать то, чего не понимаешь.

Закончив сборку лука, Минамото вышел в центр провала, оставшегося от фундамента рухнувшего дома. Наложил стрелу на тетиву, постоял несколько секунд, то ли прислушиваясь, то ли сосредоточиваясь. И перед тем, как он выстрелил в небо, Хасан пережег кровь в дайны скорости. Потому что…

Ни почему. Инстинктивно.

Три лучника выпустили по три стрелы — вспышки стальных наконечников, туманные росчерки оперения, черные молнии древков. Хасан увидел, как три цвета слились в один — стрела разорвала воздух, устремившись к Занозе — и толкнул его, сбивая с ног. Заноза упал, перекатился, вскочил, выхватывая пистолеты. А Минамото уже стоял вплотную, лицом к лицу с Хасаном, сжимая в кулаке узорное древко. Цветы на перчатках светились и двигались.

Японец успел поймать стрелу.

Хасан успел вытолкнуть Занозу из-под выстрела.

И сейчас они оба держали друг друга под прицелом… и, кажется, оба не знали, что делать дальше.

— Кто-то по-любому должен сейчас сказать «я все могу объяснить», — Заноза, уже снова безоружный, смотрел на них сквозь черные стекла очков, — или, хотя бы: «это не то, что вы думаете». Это не то, что вы думаете, я не демон, если вы думаете, что я демон. Теперь ваша очередь. Кто может все объяснить?

Пистолеты в кобуры Минамото и Хасан убрали одновременно.

— Это отнятые души, — произнес японец после долгого размышления.

Он уже подобрал брошенный лук, изучил его и стрелу, возможно, что-то прочитал в их узорах, а, может, просто подумал, как следует.

И не придумал ничего толкового.