Читаем Смех без причины полностью

И с негодяями сталкивались. А когда следователи Росконцерт трясли, так они просто издевались над артистами. Пострадали многие честные люди. Леву Лещенко преследовали из-за ошибки бухгалтерии, которая не начисляла ему «налог на бездетность». И это безобразие творилось по отношению к людям, которые в масштабах страны приносили колоссальную прибыль, а сами получали жалкие копейки за свой каторжный труд. Концертная ставка Винокура была сорок шесть рублей! И это при ограничении на количество концертов – не более шести в месяц – от Росконцерта.

И тогда, приезжая, например, в Воронеж, мы работали один концерт от Росконцерта и десять от Воронежской филармонии. Выкручивались, как могли, потому что жизнь на колесах отнимает много средств. Просто для сравнения попробуйте решить задачку: если концерт проходил на стадионе вместимостью пять тысяч человек, то сколько денег получало государство и сколько артист?

Это было рабство. Плюс на каждом шагу ограничения. Помню до сих пор эти безумные отчеты, которые я составлял ночами. Квиточек к квиточку, бумажка на каждый чих. Новое поколение администраторов даже представить себе не может, что так можно работать.

Честно сказать, у артиста жизнь тоже очень нелегкая, хотя со стороны выглядит все легко и задорно. Просто Вова сам по себе человек легкий. Артист с ночи до утра должен думать о том, чтобы сохранить популярность. Это не жизнь человека, который отладил механизм один раз и спокойно пожинает плоды своего труда. Борьба ежеминутная!

Многие артисты не выдерживают. Так что профессия у Володи тяжелейшая, и тот факт, что на протяжении более чем тридцати лет он остается одним из популярнейших артистов нашей эстрады, говорит сам за себя. Работать до сих пор по двадцать – двадцать пять кассовых концертов в месяц – это дорогого стоит. Он никогда не работал в ночных клубах! Это его достоинство. Много репетирует, у него масса интереснейших идей и нового материала.

Винокур себе не изменяет, и правильно делает. Вова отлично сыграл в кино, он великолепный певец и талантливый драматический актер, но продолжает делать то, за что его так полюбил зритель. Думаю, если будет какое-то интересное предложение, Вова не откажется, но это не станет его основным занятием. Клоуном нужно родиться, это редкий дар – смешить людей. Второго такого Винокура нет. И не будет.

Дело было вечером, делать было нечего. Я заканчивал пятый курс, и мы с ребятами болтались по садику при ГИТИСе, обсуждали свежие новости, бездельничали. Я уже три года к тому моменту работал в Театре оперетты. Забегая вперед, скажу, что в дальнейшем Володя повторил мою судьбу. Короче, мы болтались по альма-матер, чтобы посмотреть на приемные экзамены. Это была традиция во всех вузах. Такая чистой воды тусовка. И вот мы увидели парнишку, который мялся у дверей в солдатской робе. Мы его берем в оборот, и происходит следующий диалог:

– Поступаешь?

– Поступаю.

– Какой голос у тебя?

– Баритон.

– А чего вверху у тебя?

– Ну, соль…

– Молодец. А где служишь?

– В ансамбле песни и пляски.

– А на оперетту нацелился или как?

– Да, на оперетту.

– Ну пойдем. Подойдем к педагогам, они тебя прослушают.

Зашли в класс. Кто-то из нас сел за инструмент. Какую-то песню армейскую он спел, потом показал диапазон голосовой, станцевал… Короче, прогнали мы его по полной программе и сказали приходить на первый тур!

Он приходит на первый тур, а Понтрягин его и спрашивает:

– Винокур, а вы почему на консультации не были?

Тот опешил, отвечает:

– Так меня же проверяли…

– Кто вас проверял?

– Так вот же, педагоги молодые.

– Да? Интересно! Ну ладно, покажите, что вы умеете.

И в тот самый момент мы заглянули в дверь, на свою голову. Понтрягин выкрикнул:

– Что за безобразие! Лещенко, Мотин (всех других назвал по фамилиям – нас много было), закройте дверь немедленно! Безобразие! Болтаются тут!!! Студенты пятого курса, делать вам нечего…

И тут Володя врубился, что к чему. Понял, что это была подстава чистой воды. Но он лихо поступил, потому что был уже готовым на сто процентов артистом и певцом. В ансамбле у него была хорошая школа, и поступил Володя без труда. Причем он попал к педагогам, которые как раз меня учили.

Это Ансимов, Михайлов, Ревякин… Мы часто приходили на занятия, и там уже ближе познакомились. Конечно, никакой обиды не было, что мы его разыграли. А потом, в середине первого курса, зимой, вдруг неожиданно встречаю Володю на «Мосфильме». Ему предложили пробоваться в фильм комедийного плана, где у него роль простака, а у меня такая, более похожая на героя.

Это было в семидесятые годы, сейчас уже точнее не вспомню. Разговорились… Попробовались. Ни меня, ни его не взяли на роль. А мы после этой пробы поехали в ресторан. У Вовы был еще друг Гурам, родственник известного грузинского политика Мджаванадзе. Мы загрузились в машину и поехали гулять!