Сейчас здесь, так далеко от Земли - как во Времени, так и в Пространстве - Альберт испытал то же самое чувство, которое испытывал и он сам, и все врачи в Ламбарене в годы второй мировой войны. Они тогда говорили друг другу: какой смысл, прилагая нечеловеческие усилия, спасать здесь каждую жизнь, если там, в мире, люди специально убивают и калечат друг друга миллионами? Конечно, никто тогда не оставил свой госпиталь, своё дело - они руководствовались старинной пословицей: "Делай, что должен, и будь, что будет". Наверное, и сейчас надо тоже руководствоваться этим принципом - он сделает всё, чтобы помочь страдающему человечеству и страдающей Земле, ну а там уж, как Бог даст!

Поэтому Альберт всё-таки продолжил свой путь по Лабиринту Желаний и вошёл в следующее помещение. И, как оказалось, он сделал совершенно правильно - эта зала, несмотря ни на что, была апофеозом его сегодняшнего путешествия. Выше этого счастья уже не могло быть ничего: перед ним высился огромный орган какого-то старинного немецкого собора! В своё время он осмотрел и отреставрировал столько органов Европы, на многих из них играл сам, давая свои знаменитые концерты, но этот орган был ему незнаком. Он будет так счастлив познакомиться ещё и с этим инструментом! Альберт подошёл ближе, сел на обитый кожей табурет и опустил руки на клавиатуру...

Разумеется, в соборе раздалась строгая, божественная, готическая музыка Иоганна Себастьяна Баха. Альберт играл и играл не переставая - Мессу си-минор, Страсти по Иоанну, Страсти по Матфею - и душа его уносилась вдаль, а весь мир вокруг просто исчез для него. Его пальцы порхали сами по себе, как это было когда-то там, на Земле, и сейчас в мире не существовало ничего, кроме этих божественных звуков и его души, которая резонировала, сливалась, парила вместе с этими неземными звуками. Наконец Альберт очнулся, тяжело вздохнул и вышел из Лабиринта Желаний...

* * *

Время от времени, когда она особенно устаёт от Служения, Дениз тоже заходит в Лабиринт. Желание у неё всегда одно и то же. Вот и сегодня она, не тратя времени на прогулку по подземной пещере, которую знает чуть ли не наизусть, сразу же прикладывает руку к шероховатой стене, где блестят кристаллы целестина, и в который раз возвращается в тот самый, освещённый газовыми рожками, маленький городок её молодости. Она идёт знакомыми узенькими улочками прямо к мэрии, но теперь все жители городка веселы, приветливы и жизнерадостны. Все бросаются к ней, поздравляют с возвращением, обнимают, дарят цветы, зовут к себе в дома... А Дениз почти бегом бежит к площади: она знает - там её ждет прекрасная незнакомка - девушка из шара и их встреча будет самым счастливым моментом её жизни... Дениз рада, просто счастлива - наконец-то после стольких лет отсутствия она вернулась к себе! Больше она не уйдёт отсюда никогда и никуда...

Девушки берутся за руки и, счастливые, молодые и красивые, бредут по кривым улочкам, о чём-то щебечут друг с другом, улыбаются прохожим, и глаза их сияют счастьем.

Глава 23.

Мона Лиза

Нельзя давать слишком сложные задачи человечеству, пока оно неспособно их разрешить.

Татьяна Толстая, современная писательница

Если не думать о будущем, то у нас его не будет...

В тот же день Маргарита Тучкова тоже оказалась в Гроте Радости. Она не ждала никого, не встречалась ни с кем. Просто ей хотелось расслабиться, посидеть в каком-нибудь уютном местечке в одиночестве, но всё-таки среди людей, и на время отключиться от привычной работы. Никакого особого желания у неё не было, и она решила даже и не заходить в Лабиринт Желаний.

Краем глаза она увидела где-то вдалеке троицу неразлучных друзей - Димку, Шаварша и Даниеля, которые вскоре скрылись в Лабиринте Желаний. Её внимание привлекли также Мишель Нострадамус и Леонардо да Винчи, которые беседовали невдалеке с каким-то горбуном. Маргарита вспомнила, что в незапамятные времена, когда ездила с мужем во Францию, тоже была в Лувре и видела самую знаменитую картину Леонардо - Мону Лизу, которая, впрочем, тогда не произвела на неё абсолютно никакого впечатления. И теперь ей вдруг стало немного обидно: почему это всё человечество вот уже многие века считает Мону Лизу чудом света, уникальным шедевром, а сама она так и не смогла понять ни её красоты, ни её смысла. Конечно, подойти сейчас к Леонардо и вмешаться в разговор, спросить его об этой картине - совсем неудобно. А что, если пойти самой в Лабиринт Желаний и ещё раз взглянуть на эту Мону? Может быть теперь, когда после стольких лет Служения в Большом Куполе она стала совсем другой личностью, тайна Моны Лизы откроется ей сама, безо всяких усилий?