Читаем Служение полностью

Маргарита вошла в Лабиринт, прогулялась по его галереям, полюбовалась радужными переливами сталактитов и сталагмитов, присев на корточки зачерпнула холодной воды из подземного ручья и вдруг вспомнила котроткий текст, когда-то прочитанный ею в Информационном Центре Большого Купола в энциклопедии двадцатого века: Леонардо да Винчи (1452-1519 гг.) итальянский живописец, скульптор, архитектор, учёный, инженер. Сочетая разработку новых средств художественного языка с теоретическими обобщениями, создал образ человека, отвечающий гуманистическим идеалам Высокого Возрождения. ... Гуманистический идеал женской красоты воплощён в портрете Моны Лизы (так называемая "Джоконда", около 1503 г.). Многочисленные открытия, проекты, экспериментальные исследования в области математики, естественных наук, механики...

Приняв окончательное решение, Маргарита с помощью Лабиринта Желаний отправилась в Лувр. Там, встав перед портретом Моны Лизы, она подняла глаза и вдруг ...встретилась с ней глазами! Нет, это не были глаза, нарисованные на холсте. Эти глаза жили, смотрели на Маргариту и явно что-то ей говорили. Рядом стояли люди, для которых Маргарита была невидима. Но она была невидима для всех, только не для Моны Лизы, и глаза Моны Лизы разговаривали с ней одной!

Никто не знает, существовала ли Мона Лиза на самом деле или нет. Тем не менее, для многих поколений людей самых разных стран она - вполне реальный человек, так как её все видели, и о ней написано много книг и статей. Она, благодаря гению Леонардо да Винчи, стала для землян "живее всех живых".

Две женщины взглянули друг другу в глаза ...и Маргарита забыла всё на свете. А Мона Лиза всё говорила и говорила о том, что давно наболело у неё на душе: никто её не понимает, она страшно одинока и никак не может достучаться до людей и сказать им то главное, от чего зависят их собственные жизнь и смерть. Потрясённая, Маргарита поняла: ей, единственной, она решила доверить свою тайну, такое бывает только один раз в жизни и больше Маргарита не увидит её никогда.

Собственно говоря, улыбки, о которой так много сказано и написано, на лице Моны Лизы почти что и нет. Выражение её лица только с большой натяжкой можно назвать улыбкой. Однако есть какая-то тайна, невысказанность, какое-то одной ей известное знание, до которого люди, спустя пять веков, всё ещё так и не доросли. Эту тайну оставил землянам великий живописец в тщетной надежде, что когда-нибудь, если, конечно, оно сумеет выжить, человечество всё-таки её разгадает.

Маргарита вспомнила, что существует много самых разных гипотез по поводу этой таинственной полуулыбки. Так, одна из них, например, гласит, что женщина, с которой писали портрет, была беременна и улыбалась сама себе - тому, что она чувствовала как будущая мать. Другая гипотеза утверждает, что это вовсе и не женщина, а автопортрет самого художника, который был гомосексуалистом и потому нарядил себя в женские одежды. Ну и так далее и тому подобное...

Как это ни парадоксально, но Маргарита вдруг ощутила, что обе эти гипотезы в какой-то степени тоже приближаются к истине. Улыбке Джоконды за прошедшие пять веков дано очень много определений. Однако до сих пор нигде не встречалось определение "горькая". А ведь это слово - самое главное в разгадке тайны как самого Леонардо да Винчи, так и его живописного шедевра.

Почему можно считать, что две предыдущие гипотезы тоже в какой-то степени приближаются к истине? Сначала стоило бы рассмотреть ту, которая утверждает, что на женском портрете гениальный Леонардо изобразил сам себя. Может быть, в какой-то степени это и, действительно, так. Однако люди объясняют это исходя, разумеется, из собственного уровня и собственной психологии. Нестандартная сексуальная ориентация, видите ли! Как говорится, каждый судит о других по себе. Ну не пришло человеку в голову ничего, кроме чистой физиологии, сконцентрированной, разумеется, в одном известном месте! Что тут поделаешь, ведь выше головы не прыгнешь! И всё-таки в чём-то автор этой гипотезы тоже прав.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Оксана Сергеевна Головина , Марина Колесова , Вячеслав Александрович Егоров

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза