Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

Гарри коснулся палочкой лба. Нашёл воспоминание, которое хотел, и немного поморщился, припоминая детали. А затем отпустил его, молча проделав извилистое движение палочкой, необходимое, чтобы создать невербальное заклинание для Омута. Гарри почувствовал, как воспоминание ускользает как последние моменты угасающего сна, и увидел серебряную жидкость, тяжело свисавшую с кончика его волшебной палочки. Он вздохнул, а затем со всей возможной аккуратностью поместил её в воды Омута памяти. Вода закружилась, и из широкой металлической чаши начал подниматься лёгкий туман, показывая, что в ней действительно присутствовало воспоминание.

– Хотя между мной и Волдемортом есть ещё одно большое отличие, советники. Он был до смерти честолюбив, тогда как у меня всегда было недоразвитое чувство достоинства. Волдеморт не позволил бы сделать из себя посмешище. И поэтому я покажу вам это, советник Хиг, даже если вы перестанете меня уважать. Это воспоминание из тех времен, когда я был моложе. Я уверен, оно докажет вам, что я однозначно не Волдеморт и не какой-то другой величавый Тёмный Лорд.

Он отступил назад и отвернулся, его лицо уже покраснело. Хиг многозначительно взглянул на Тинегар. Гарри предположил, что это было некоторого рода общение между ними двумя, что-то вроде: «Если эта жидкость растворит мою голову, убедитесь, что Альянс получит эти чертежи, вы моя единственная надежда[36]». Затем Хиг наклонился вперёд и опустил лицо в воды Омута.

«Это устройство стоило бы улучшить» – размышлял Гарри в ожидании. – «Должно быть лучшее решение, чем… большой умывальник, в который нужно окунуть голову? Для этого нужно понять, насколько широкой и глубокой должна быть чаша, чтобы воспоминания перестали передаваться. Если жидкость просто должна покрыть большую часть вашего мозга, то можно сделать Повязки Памяти».

Они всё ждали и ждали, смотря, как вокруг затылка Хига клубится туман, и чувствуя нарастающую неловкость ситуации.

– Простите мне моё невежество, советник, но вы учились в Институте Салемских Ведьм? – внезапно спросил Гарри у Лимпэл Тинегар.

– На самом деле я посещала Центр Рассела, мистер Поттер. Я была Dux Litterarum[37] моего года, как оказалось.

– К сожалению, мне не выпало удовольствия посетить его. Хотя я читал о нём и остался в восхищении от прочитанного! Так много можно сказать о программе обучения – чего стоит только торговая практика в образовательном процессе. Могу я спросить, на чём вы специализировались, пока там были?

– Различные соединения летучего пороха. В нашей стране несколько конкурирующих каминных сетей, плюс приватные сети. Ваша система отличается от нашей.

Она не расслабилась даже слегка. Тем не менее: прогресс, если не совершенство. Многие международные союзы начинались с маленькой беседы.

– Хм… В теории мне нравится идея такого рода частной конкуренции, но не кажется ли вам, что механизм свободного рынка беспощаден во время упорядочивания. Травмы, полученные в ходе перемещения по каминной сети могут быть очень неприятны, и, конечно, люди со временем переключаться на более хорошую сеть конкурента, но цена, заплаченная за эту информацию, может измеряться человеческими жизнями.

– Мистер Поттер, существуют минимальные стандарты безопасности, и есть официальное бюро, назначенное Волшебным Конгрессом для проведения инспекций. Вы не думали о том, что конкурирующие сети будут лучше работать над обеспечением безопасности, чем единственный центральный орган? Если я услышу, что «Большой Бостон» оставил кого-то без пальца на ноге, тогда я без колебаний выберу «Другой Свет». А если у вас какой-нибудь младший помощник из Британского Департамента Магического Транспорта совершит ошибку с вашим соединением, то куда вы пойдёте? Никуда, вы просто скрестите пальцы и будете надеяться, что такого дурака уволят.

– Хороший довод. Но есть способ получше, чем предложенный вами. Мы можем…

– Что во имя пальца ноги Муквуру?! [38] – Хиг дёрнулся назад, разбрызгивая жидкость, теперь он глядел на Гарри не только в тревожном замешательстве, но и с небольшим отвращением (оно явственно проявилось на его лице).

– Ах. Да… – сказал Гарри, поморщившись. – Это то, что мои родители могли бы назвать «Инцидентом с Саламандрой».

– Но… но зачем?! Эти бедные люди… – Хиг запинался.

Гарри пожал плечами.

– В столь юном возрасте, когда я был ещё зелёным, во мне боролись творчество, скука и ум. Уверяю вас, все выздоровели. Не осталось никаких побочных эффектов.

Хиг сел на пол, бесцеремонно рухнув рядом с Омутом. Он подтянул свою мантию возле колена, где образовалась складка. Но движение это было сделано лишь вполсилы – мужчина казался ошеломлённым. И Гарри не осуждал его.